Книга Фиктивный брак. Контракт на год, страница 50 – Альма Смит

— Ты всегда знаешь, что делать.

— Я знаю, что не нужно делать, — она отхлебнула кофе.

— Не нужно поддаваться панике. Не нужно пытаться угодить всем. И не нужно врать. Никогда больше. Мы будем говорить правду. Только тогда, когда захотим. И ровно в том объёме, в котором сочтём нужным. А остальное... остальное не их дело.

— Согласен, — он кивнул.

— А насчёт путешествия? Оно всё ещё в силе?

— Больше чем когда-либо, — её глаза загорелись.

— Но не побег. А награда. После того, как мы разберёмся с самыми неотложными делами. Сделаем несколько интервью — выборочно, с теми, кто действительно важен для фонда. Уладим формальности с дубайским проектом. А потом — да. Надолго и далеко.

Они составили план на ближайшую неделю. Это было похоже на старые времена — стратегию, логистику, распределение задач. Но теперь это было не для отвода глаз, а для их собственной, общей жизни. И это делало всё иным.

Вечером к ним действительно пришёл Руслан. Они сидели на террасе, пили то самое шампанское и смотрели, как заходит солнце.

— Вы вообще понимаете, что вы сделали? — Руслан, наконец-то успокоившийся, говорил уже без пафоса.

— Вы не просто помирились и всех помирили. Вы... вы дали людям какую-то надежду. Что и в нашем, простите, высшем свете, бывает что-то настоящее. Не только показуха и расчет.

— Мы не хотели никому ничего доказывать, — сказала Фатима.

— Мы просто жили. Как получалось.

— Вот в этом-то и вся фишка, — друг покачал головой.

— Вы жили. Искренне. Со всеми своими косяками и ошибками. И это оказалось сильнее любой пиар-кампании.

Проводив Руслана, они остались на террасе вдвоём. Сумерки сгущались, зажигая первые огни в городе.

— Ты слышал, что он сказал? — задумчиво произнесла Фатима.

— «Надежду». Странно. Мы сами искали её так долго. И нечаянно нашли для других.

— Может быть, в этом и есть смысл? — предположил Амир.

— Найти своё счастье и нечаянно стать маяком для кого-то ещё.

— Философ, — она дотронулась до его руки.

— Но, возможно, ты прав. Главное — не возгордиться и не начать играть эту роль. Остаться собой.

— С тобой я точно не возгоржусь, — он рассмеялся.

— Ты всегда опустишь меня с небес на землю.

— Это моя работа, — она улыбнулась в темноте.

— На всю жизнь.

Они сидели, держась за руки, и смотрели, как ночь накрывает город — их город, полный сплетен, интриг, надежд и теперь — их истории. Они больше не боялись будущего.

Они знали, что оно будет сложным, ярким, порой невыносимым. Но они будут встречать его вместе. Без контрактов. Без правил. Только с бесконечным доверием и любовью, выстраданными и заслуженными ценой года лжи, боли и, наконец, прозрения.

И первый день их новой жизни подошёл к концу. Он был не идеальным. Он был настоящим. И от этого — бесконечно ценным.

Самолёт приземлился в Дубае глубокой ночью, когда город представлял собой лишь россыпь огней в тёмном бархате пустыни.

Воздух, хлынувший в салон при открытии люка, был густым, тёплым и пахнущим чужими специями, чужим морем и абсолютной свободой.

Они молча прошли все формальности, молча сели в лимузин и молча смотрели в окна на проносящиеся мимо футуристические пейзажи.

Усталость от недели непрерывных интервью, светских раутов и организационной суматохи валила с ног.