Книга Развод. Из Германии за любовью, страница 9 – Ариша Дрозд

— Мира. Стань моей женой, — решительно произнёс он тогда и пристально проследил за моим робким взглядом.

Я поверить не могла своему счастью тогда. Я замедляла дыхание рядом с ним. С таким вежливым, учтивым, предприимчивым.

Я смотрела в его глаза изумлённо. Потом растерянно, потому что ждала, что он вот-вот достанет кольцо и протянет его мне. Но чуда не произошло. Вместо кольца последовал вопрос:

— Почему ты молчишь, Мира? — в его голосе слышалось требование. Герман ждал от меня ответа.

— У нас принято, когда мужчина предлагает девушке выйти за него замуж, подарить кольцо, — тихо проговорила я и опустила плечи. Пождала губы и виновато посмотрела на него.

— Ооу, — сдвинул он брови. — Ты про это, — взглянул на меня так, что я прочитала расчёт в его взгляде. — Конечно, Мира. У многих так принято. Я решил, что подарю тебе кольцо, если ты примешь от меня предложение. Зачем тратить деньги впустую? Вдруг ты откажешь мне.

Я вообще была тогда огорошена его мышлением. До такой он степени всё рассчитывал. Моему удивлению не было предела. Но я посчитала, что он вполне разумно подошёл к такому серьёзному вопросу. В этом определённо что-то есть.

— Я выйду за тебя, — согласилась я.

— Вот и прекрасно, Мира. Будем готовить нужные документы, — сухо улыбнулся он мне тогда и попросил счёт за ужин.

— Как будете платить? — поинтересовался у него тогда официант с фирменной белоснежной улыбкой.

— Поровну, — выдал Герман и я подавилась воздухом, которого хлебнула от изумления. — Девушка за себя, я за себя, — уточнил он для официанта и для меня.

Я расплатилась за себя. Неприятный осадок копился внутри.

— Это нормально, Мира, — сказал мне Герман, когда мы покинули стены заведения. — Я считаю, что это правильно, что до свадьбы мы будем платить каждый за себя.

Нужно было тогда уже от него бежать. А я принимала его позицию за должное. Считала, что со временем привыкну. Ничего не видела плохого в том, что у человека есть определённые взгляды на жизнь. На всё, что окружает его.

Я не привыкла. Я не смирилась. И от этого своего осознания с каждым днём становится всё труднее и труднее. Никого не хочу обманывать. Ни его, ни себя. Не получилось. Так бывает.

Возвращаюсь домой, когда Герман уже спит. Или, притворяется, что спит.

Прохожу на кухню. Идеальная чистота, оставленная мной, слепит и отвращает. Иду в комнату. Сажусь на краешек кровати. Тихо. Чтобы не побеспокоить мужа. Чтобы не раздражать его. И, может, чтобы оттянуть неприятный наш разговор, который предстоит.

Шумный вдох. Герман переворачивается на другой бок. Натягивает на себя одеяло. Что-то бурчит себе под нос. Я не могу разобрать ни слова.

— Ты не спишь? — пододвигаюсь к нему ближе.

Он резко откидывает с себя одеяло. Садится на кровати, опустив ноги на пол.

— Как я могу спать, Мира, — кидает он возмущённо. — Ты не понятно где. Не понятно с кем, — летят в меня упрёки.

— Я тебе говорила, что хочу с папой встретиться, — напоминаю ему мягким голосом. — Мог бы позвонить мне.

— Что? Позвонить? Это я должен был тебе позвонить? Ты ведёшь себя не подобающе, а я должен унижаться перед тобой?

— Ты считаешь, позвонить жене и узнать у неё где она, унижение? — наклоняю голову, массируя шею сбоку. — Причём, я предупредила тебя, что буду встречаться со своим отцом.