Книга 8 Марта. Инструкция по захвату миллиардера, страница 116 – Виктория Рогозина

Демид на секунду замер, и в его взгляде промелькнуло что-то тёплое, почти болезненно мягкое — настолько неожиданное, что он сам этого не заметил.

— С Коржиком… — тихо выдохнул он, будто больше себе, чем Антону.

Потом провёл ладонью по лицу, возвращаясь к реальности, и, нахмурившись, спросил уже серьёзнее:

— Как думаешь… она готова к разговору?

Антон пожал плечами, не спеша с ответом, словно обдумывал не столько слова, сколько последствия.

— Я бы на твоём месте не торопился, — наконец сказал он спокойно. — Она сейчас переваривает. Сравнивает. Складывает в голове тебя — того, которого знала… и тебя настоящего.

Он чуть наклонился вперёд, сцепив пальцы.

— Но знаешь, что интересно? — добавил он, глядя прямо на Демида. — Твоё присутствие она до сих пор чувствует. И очень явно.

Гордеев чуть прищурился.

— В каком смысле?

Антон усмехнулся краем губ.

— В самом прямом. Ей продолжают доставлять продукты. Аккуратно, без лишнего пафоса. Твои вещи она не выкинула, даже не убрала подальше. Всё на своих местах. — Он сделал паузу. — Это не похоже на человека, который поставил точку.

Демид молчал, слушая, и напряжение в его плечах будто чуть ослабло.

— Значит… — начал он, но не договорил.

— Значит, лёд треснул, — спокойно закончил за него Антон. — И медленно тает. Но если ты сейчас вломишься туда со своими признаниями и драмой — можешь всё окончательно доломать.

Он откинулся назад, задумчиво глядя в потолок.

— Можешь попробовать… сделать что-то красивое, — добавил он чуть тише. — Но без пафоса. Без давления. Просто… чтобы она почувствовала, что ты рядом. И что ты — это всё ещё ты.

Гордеев медленно поднялся, словно ему вдруг стало тесно в кресле, прошёлся по кабинету, не глядя на друга, остановился у панорамного окна, за которым уже сгущались сумерки, и город загорался тысячами огней, холодных, равнодушных, как и всё, что окружало его раньше. Он смотрел вниз, но видел совсем другое.

— Никогда не думал, что влюблюсь, — сказал он негромко, почти задумчиво. — Причём так… что всё остальное просто перестанет иметь значение.

Он усмехнулся, но в этой усмешке не было лёгкости.

— Все мысли только о ней. Постоянно.

Антон тихо хмыкнул, скосив на него взгляд.

— Добро пожаловать в клуб, — лениво отозвался он. — Женщины — они такие. С ними жить нельзя… — он сделал паузу, прищурившись, — и без них, как выясняется, тоже.

Демид коротко усмехнулся, не оборачиваясь.

— Очень обнадеживающе.

— Я стараюсь, — невозмутимо ответил Антон.

Резкий, почти режущий слух сигнал оборвал разговор, словно кто-то с силой разорвал натянутую до предела нить, и почти сразу вслед за этим дверь кабинета распахнулась без привычной осторожности — на пороге появился сотрудник службы безопасности, заметно напряжённый, с извиняющимся выражением лица, но при этом не пытающийся скрыть срочность происходящего.

— Простите, — быстро произнёс он, едва переводя дыхание, — возможно, это важно.

Демид и Антон одновременно повернули головы, и одного взгляда хватило, чтобы понять — произошло что-то действительно серьёзное.

— Говори, что прерываю, — коротко бросил Демид, уже чувствуя, как внутри всё сжалось в тугой, болезненный узел.

— При прослушке смартфона Калининой… — сотрудник на секунду запнулся, словно подбирая слова, — зафиксированы звуки борьбы.