Книга 8 Марта. Инструкция по захвату миллиардера, страница 13 – Виктория Рогозина

— К Демиду, — коротко бросила Лера, даже не удостоив девушку за стойкой лишним взглядом.

Та что-то быстро проверила в системе и подняла глаза уже с выученной осторожностью.

— К сожалению, без предварительной записи…

— Вы, вероятно, не поняли, — голос Леры стал ледяным. — Меня не записывают. Меня пропускают.

Но её не пропустили. Через несколько минут к ресепшену подошёл мужчина из службы безопасности — не грубый, не хамоватый, а максимально корректный. И предельно твёрдый.

— Вам отказано во входе, — произнёс он так спокойно, будто речь шла о погоде.

Лера смотрела на него несколько секунд, не веря, что это происходит второй раз за день.

— Это какая-то глупая ошибка.

— Нет.

Слово прозвучало коротко и окончательно. Она отошла в сторону, сдерживая желание устроить сцену. Скандал в холле крупной компании — плохая стратегия. Она не привыкла проигрывать публично.

Стоя чуть поодаль, она невольно уловила обрывок разговора двух сотрудников:

— … он уехал час назад…

— … с начальником личной службы безопасности, кажется…

— … говорят, что вернётся поздно…

Лера напряглась. Уехал? Куда? С кем? Зачем?

Она медленно скрестила руки на груди, каблук нетерпеливо постукивал по полу. В голове вихрем проносились мысли. Он избегает её. Сознательно. Это уже не игра в обиженного — это демонстрация силы. Лера прикусила губу. Что делать дальше? Можно продолжать давить. Угрожать. Требовать. Но если он уже заблокировал доступ в квартиру и офис… значит, он настроен серьёзно. Возможно, стоило немного поступиться гордостью. Сделать шаг первой. Объяснить, сказать, что это он виноват, что своим холодом, вечной занятостью, отсутствием внимания он подтолкнул её к измене. Что ей было одиноко, что ей не хватало эмоций и любая на её месте…

Она резко выдохнула. Да, можно всё выставить именно таким образом. Сделать это не предательством, а следствием его ошибок.

Лера опустила взгляд на своё отражение в глянцевой поверхности стены. Идеальный макияж. Безупречный костюм. Всё на месте. Но внутри неприятно заныло. Худшее было не в том, что он злился. Не в том, что её не впустили. Худшее — в другом. Она теряла деньги. Подарки. Карты с неограниченным лимитом. Поездки. Уровень жизни, к которому привыкла. Безопасность. И это ощущение — не любви, не обиды, а финансовой нестабильности — кольнуло больнее всего.

Лера медленно выпрямилась. Нет. Она не позволит этому так закончиться. Если нужно — она будет мягкой. Если нужно — виноватой. Если нужно — раскаявшейся.

Но проигрывать она не собиралась.

В приюте пахло тёплой шерстью, древесным наполнителем и чем-то ещё — особенным, живым, чуть пыльным, но уютным. Авария стояла на коленях у низкого столика и старательно вычёсывала крупного серого кота с важным, почти философским выражением морды. Щётка мягко скользила по густой шерсти, и под руками скапливались пушистые облачка подшёрстка.

— Ну-ну, красавец, — тихо приговаривала она, аккуратно придерживая кота за грудку. — Терпи, зато потом будешь самый ухоженный.

Кот в ответ громко мурчал, прикрывая глаза от удовольствия. Представители кошачьих её любили. Это было видно сразу — стоило Аварии войти в помещение, как несколько хвостатых тянулись к ней, кто-то терся о ноги, кто-то требовательно мяукал, кто-то просто наблюдал издалека, но без настороженности. Она умела быть с ними спокойной. Терпеливой. Не давящей. И сама любила возиться с ними — мыть, чистить клетки, менять воду, разговаривать вполголоса, даже если ответом было лишь сонное «мрр».