Книга 8 Марта. Инструкция по захвату миллиардера, страница 77 – Виктория Рогозина

И в тот же момент Коржик, будто вспомнив о себе, почти ревниво запрыгнул на подоконник, встав между ней и стеклом, громко мяукнув и демонстративно уставившись во двор.

— Эй, — тихо рассмеялась она, погладив его по спинке.

Демид уже направлялся к подъезду. Авария ещё раз бросила быстрый взгляд вниз, а затем, спохватившись, выключила плиту, торопливо вытерла руки о полотенце и поспешила в прихожую, чувствуя, как сердце снова начинает биться быстрее. Как только створки лифта мягко разошлись в стороны, Авария уже открыла дверь, будто всё это время стояла, прислушиваясь к каждому звуку на лестничной площадке. Демид вошёл внутрь уверенно, спокойно, и, не оборачиваясь, привычным движением защёлкнул замок за своей спиной.

— Ты как раз вовремя, — торопливо начала Авария, чувствуя, как волнение снова поднимается внутри. — Я приготовила ужин…

Она не успела договорить. Демид вдруг шагнул ближе, обнял её одной рукой за талию, притягивая к себе так естественно, словно это было самым привычным жестом в его жизни, и, наклонившись, едва коснулся носом её виска.

— Я безумно скучал, — негромко произнёс он.

Её дыхание на секунду сбилось. Она замерла, словно не сразу поняла, что происходит, а потом, медленно, почти нерешительно, прикрыла глаза и прижалась к нему, положив голову на его плечо. От него пахло чем-то тёплым, едва уловимым — смесью дорогого парфюма и чего-то очень личного, его собственного, и этот запах почему-то успокаивал. И в то же время заставлял сердце биться быстрее. Слишком быстро, так, что казалось — он обязательно это почувствует.

— Я тоже… соскучилась, — тихо призналась она.

Они стояли так несколько секунд, молчали и этого молчания было достаточно. Демид мягко отстранился, не разрывая окончательно близость, и, повернув голову, посмотрел на появившегося в прихожей Коржика.

— И по хвостатому чуду тоже скучал, — с лёгкой усмешкой добавил он.

Авария рассмеялась, уже без прежнего напряжения.

— Давай мой руки и за стол, — сказала она, чуть отступая.

Демид протянул ей пакет.

— Я к чаю кое-что взял. Надо же отпраздновать.

Авария с любопытством заглянула внутрь — и её глаза тут же загорелись. В коробке лежали пирожные. Не просто красивые — идеальные. С ровной глазурью, аккуратными декоративными элементами, с такими цветами и формами, что казалось, их не есть нужно, а любоваться.

— Они… невероятные, — выдохнула она.

В этот момент Коржик, уже успевший подобраться ближе, настороженно принюхался к свёртку в руках Демида, а затем протяжно, почти требовательно мяукнул, явно заявляя о своём интересе. Авария перевела на мужчину вопросительный взгляд. Демид, не сдержав усмешки, протянул ей свёрток.

— А это — для него.

Коржик мгновенно оживился. Рыжий прохвост принялся тереться о ногу Демида, громко мурлыча и явно не собираясь скрывать свои намерения заполучить лакомство как можно скорее.

Ужин проходил в удивительно тёплой, домашней обстановке, в которой не было ни напряжения, ни неловкости — только спокойствие, перемешанное с лёгкой радостью, от которой становилось уютно даже в самых простых мелочах.

Авария говорила много, живо, с эмоциями. Снова и снова возвращаясь к собеседованию, перескакивая с одного момента на другой, вспоминая, как дрожали руки, как внутри всё сжималось, как она не понимала, зачем осталась, а потом — как вдруг всё стало на свои места. И Демид смотрел на неё. Не перебивая, почти не отвлекаясь, следя за тем, как загораются её глаза, как она оживает, рассказывая, как в голосе появляются оттенки — от волнения до восторга. И в какой-то момент поймал себя на мысли, что, пожалуй, это — самое восхитительное, что он видел в жизни. Не дорогие машины, курорты. А вот это. Живое, настоящее. Её.