Книга Развод. Пошел вон!, страница 40 – Елена Попова

Тетя подходит ближе к Римме и в упор смотрит на нее.

— Небось кругленькую сумму заплатили, чтобы подкупить работников роддома? На это денег не пожалели? А чтобы помочь молодым родителям этими же деньгами, об этом не подумали? Вылечить мальчика, поставить его на ноги, затем переправить Ольгу с ребенком в Лондон. Вот что вы должны были сделать! — снова взрывается она. — Но вместо этого вы всем отравили жизнь! И что это за роддом такой, где лгут матерям о том, что их ребенок родился мертвым? Это ж какие деньги вы им заплатили за подделку документов? По документам мальчик родился мертвым, а потом воскрес и отправился в дом малютки? Так получается?

— В ту ночь в роддоме рожала еще одна женщина. На таком же сроке, какой был у Ольги, — не глядя в глаза, рассказывает Николай Павлович. — При поступлении в роддом она сразу заявила, что откажется от ребенка, но… родила мертвого. Ваших детей подменили, — глубоко вздыхает. — Ей сообщили, что ребенок жив, но очень слаб, а тебе сказали, что родился мертвым. Женщина, как того и хотела, написала отказ.

— Изверги! — выплевывает тетя. — Изверги вы, и те, кто работает в этом роддоме!

— Я сразу улетел в Лондон к Славику, — продолжает Николай Павлович. — Сообщил о том, что случилось. Он рвался в Россию, но я забрал у него паспорт. Не позволил ему все бросить и улететь к тебе, — с досадой смотрит на меня. — Пообещал, что, как только ты встанешь на ноги, мы сразу отправим тебя к нему.

— А вместо этого уволили с завода ее отца и вынудили их уехать из поселка, — цедит тетя.

— Славик каждый день звонил по несколько раз, просил позвать тебя к телефону. Письма писал… — шепчет Римма.

Николай Павлович встает с кровати, и, опираясь на трость, подходит к деревянному комоду. Достает оттуда стопку писем и подает их мне.

Перебирая письма, читаю адрес получателя, и не верю глазам.

— Но здесь стоит мой адрес! — в упор смотрю на него. — Почему эти письма до меня не доходили?!

— У Риммы на почте работала подруга, и та по просьбе Риммы все письма из Лондона направляла к нам. Поэтому ни одно из них до тебя так и не дошло.

— Да я смотрю вы всех тут купили! — сгорает от возмущения тетя. — И роддом, и почту!

— Вы сказали мне, что Славик встретил девушку и собрался жениться. Это тоже вранье?

— Конечно вранье! — фыркает тетя. — Зачем им невестка без приданого? Зачем им в семью дочь простого работника завода? Они же элита! А ты кто? — всплескивает руками. — Эти нелюди пошли на страшное преступление ради того, чтобы ты не посмела войти в их царскую семью. Тебе про сыночка наврали с три короба, мол, жениться собрался, а ему, наверное, про тебя наговорили всякого. Какую историю выдумали про Ольгу? — вопросительно смотрит на них по очереди.

— Мы… мы сказали, что ты после всего случившегося вместе с отцом переехала в другой город. И что мы не знаем, где ты находишься, — прикрыв глаза, произносит Римма.

— Славик прилетел в Россию, оббежал всех твоих соседей, кто-то сообщил ему о том, что ты в Москве, и он тем же днем отправился туда искать тебя. Ему было известно только имя твоей тети. Да и твоя фамилия слишком распространенная. Смирновых в столице хоть пруд пруди, — снова глубоко вздыхает Николай Павлович. — Телефонов у вас тогда не было, интернета тоже. Славик вернулся ни с чем. Мы пообещали ему, что подключим все свои связи, чтобы найти тебя, и убедили вернуться Лондон. А через полгода я сообщил ему… точнее, соврал, — опускает взгляд мужчина, — что ты живешь в Москве, жива, здорова, и… вышла замуж.