Книга Развод. Пошел вон!, страница 79 – Елена Попова

После ресторана Оля словно сама не своя.

Места себе не находит.

Все началось с моего телефонного разговора со следователем, в котором прозвучала фраза: «Завтра снова съездим в Подольск».

В этот момент сыновья Аллы ушли в туалет, и она шепнула Оле, что ее многое связывает с Подольском. Как выяснилось, в этом городе она усыновила Данила.

Я сначала не понял, почему Оля резко изменилась в лице, и почему так странно смотрела на собеседницу. Когда убрал телефон от уха, услышал Олин вопрос:

— Вы взяли Данила из Подольского детского дома?

— Да, — улыбнулась женщина. — Только не из детского дома, а из дома малютки. Ему было всего восемь месяцев.

— А с-сейчас… — взволнованно произнесла Оля, — сейчас ему сколько?

— Двадцать пять! — гордо ответила Алла. — Настоящий богатырь вырос!

В этот момент за стол вернулись ее сыновья, и Ольга не успела задать остальные уточняющие вопросы.

Пристально смотрела на Данила, ее глаза блестели от слез, руки и губы дрожали.

— Оль, его взяли из дома малютки, а нашего сына отправили в детский дом, — сказал ей на ухо, затем взял ее за руку. — Но мы все обязательно проверим.

— Хорошо, — прошептала она, судорожно вздохнула, и с тревогой посмотрела на меня. — А если он… если он…

— Мы скоро обо всем узнаем, — сжал ее ладонь. — Это может оказаться простым совпадением.

Оля наливает воды в стакан, делает несколько больших глотков, с грохотом ставит его на стол, и закрывает ладонями лицо.

— Я больше так не могу, — протягивает она, отчаянно всхлипывает, и пускается в слезы. — Это очень тяжело. Я в каждом вижу нашего сына. В каждом.

— Иди сюда, — прижимаю ее к себе, глажу по спине. — Я знаю, ты очень устала. На тебя слишком много навалилось. Тебе нужно отдохнуть, слышишь? — заглядываю в мокрые глаза, наполненные болью. — Ты останешься сегодня у меня. И это не обсуждается.

— Слав, я поеду, — устало шепчет она. — Мне завтра на работу. Дома тетради и…

— Пока твой муж на свободе я никуда тебя не отпущу. Он спалил машину, дачу, может и до квартиры добраться. А здесь ты в полной безопасности.

— Когда ты поговоришь со следователем по поводу поджога?

— Уже поговорил. И мы знаем, как нужно действовать. Твой муж сейчас ищет съемную квартиру, я правильно понимаю?

— Да. Они с Кирой хотят съехать от Марины.

— Это нам на руку.

Пока что не рассказываю ей о том, что планирую провернуть. Не хочу ее обнадеживать, ведь что-то может пойти не так.

— Самый темный час перед рассветом, помни об этом, — прижимаю ее голову к своей груди. — Я помогу тебе решить все твои вопросы. Я рядом. Я с тобой, — веду рукой по ее волосам. — А сейчас выдохни и ложись спать.

— Попробую, — вяло отвечает она.

— Идем! — беру ее за руку. — Я провожу тебя в спальню. Завтра утром отвезу домой, и ты спокойно соберешься на работу.

— Спасибо! — почти беззвучно произносит она. — Не знаю, что бы я без тебя делала сейчас.

Направляю кровать, даю ей свою чистую футболку, выхожу из комнаты, закрываю дверь и прижимаюсь к ней спиной.

«И я не знаю, что бы без тебя делал… — отвечаю ей мысленно. — Как я вообще жил без тебя столько лет? Моя Смирочка…»

Больше никуда ее от себя не отпущу. Никому не позволю сделать ей больно.

Пока что неизвестно, чем закончатся поиски нашего сына, но я в любом случае сделаю все для того чтобы Оля была счастлива. Она это заслуживает как никто другой.