Книга Гадание на свинцовой гуще, страница 25 – Николай Леонов, Алексей Макеев

— Да, машины ездили, — сказал Чердачный. — Всего за ночь их девять было. Еще в одном вы правы, Лев Иванович. Память у меня действительно хорошая, и если потребуется, я все номера этих машин смогу назвать. Но все это были наши, жители поселка. Никого постороннего я не впускал! Никакие убийцы здесь не проезжали!

Последнюю фразу охранник произнес с такой убежденностью, что Крячко, ставший свидетелем этого словесного поединка, даже подумал на секунду, что его друг мог ошибиться и Роман Чердачный действительно не пропускал на территорию поселка посторонних личностей. Однако на Гурова убежденный тон охранника не подействовал.

— Раз ты можешь назвать все номера машин, заезжавших в поселок в ту ночь, то сделай это, — сказал он. — Давай зайдем в твою будку, я возьму блокнот, ручку, и ты мне продиктуешь все номера. Заодно укажешь время, когда эти машины проезжали, и имена их владельцев. Ты ведь тут всех знаешь.

— Номера назову, — ответил Чердачный. — А людей не всех смогу, некоторых не знаю.

На этом они и договорились, а потом проследовали в будку. Там Чердачный продиктовал Льву Ивановичу номера всех девяти машин, которые в ночь убийства появлялись в воротах. Выяснилось, что семь машин въезжали на территорию поселка, а две, наоборот, выехали.

Когда работа была закончена, Гуров еще раз спросил:

— А чужих, незнакомых машин, значит, не было?

— Не было никого чужих! — все с той же убежденностью повторил Роман Чердачный. — Чем угодно могу поклясться! Если хотите, можете меня проверить на этом, как его, на детекторе лжи.

— А что, интересная мысль, — заявил Гуров. — Что ж, если нужно будет, то и проверим. А пока поедем, посмотрим дом, где произошло убийство. Он ведь теперь запертый стоит или как?

— Вроде бы да, заперт, — ответил охранник. — Но точно сказать не могу. Я ведь по территории не хожу, только за ворота отвечаю.

— А живешь ты где? Не здесь? — спросил сыщик.

— Нет, конечно! — сказал Чердачный. — Откуда у меня деньги, чтобы в таких хоромах жить? Я в своем домике, на Кирпичной улице.

— А эта Кирпичная улица случайно не в пяти минутах отсюда? — продолжал допытываться Гуров.

Тут Роман Чердачный смутился и пробормотал что-то про то, что пять минут бывают разные.

Лев Иванович продолжал спрашивать и в итоге выяснил, что охранник живет в том самом старом жилом фонде, через который сыщики не так давно проезжали. Вот теперь Гуров знал про Романа Чердачного все, что его интересовало. На том он и покинул стража ворот, имевшего хорошую память.

Друзья сели в машину и поехали в глубину поселка.

— Слушай, как ты догадался, что он был на работе в ту ночь? — спросил Крячко.

— Взглянул на него и догадался, — ответил Гуров. — По глазам. Они у него бегали. Может, это мне и показалось, но что-то в них такое было. В общем, я сразу понял. Убежден, что он мне врал. Была еще одна машина, десятая. В ней в поселок приехали убийцы. Роман в этом, конечно, никогда не признается, но нам с тобой это и не очень-то нужно. Мы найдем другие улики, ведущие к бандитам, однако и этого стража ворот упускать из вида не будем.

До дома, когда-то принадлежавшего банкиру Чугунову, они ехали недолго. Машина пару раз повернула, и он оказался перед ними, весь темный, без огней, приткнувшийся за ажурной железной оградой. Кругом царила жизнь, звучали голоса людей, а здесь было пусто и мрачно.