Книга Ключи от бездны, страница 132 – Алексей Биргер

— Возможно, мне и придется снять одну из печатей с бездны, чтобы спасти эту девушку, — сказал Буравников. — Вы к этому готовы? Готовы, что ради жизни одного человека — которая все равно когда-нибудь кончится — весь мир может однажды полететь в тартарары?

— Готов, — сказал Высик. — Мне всегда казалось, что нужно спасать то, что можно спасти в данный конкретный момент. И знаете почему?

— Почему?

— Потому же, почему и вы будете спасать одну девчонку, не думая о судьбах мира. Мы с вами оба убивали, мы оба знаем, что это такое — отнять чужую жизнь. После этого психика навсегда меняется — в ту или другую сторону. У нас она поменялась одинаково.

— И как она поменялась, по-вашему? — в голосе Буравникова мелькнула то ли ирония, то ли… то ли та высшая серьезность, которая иногда принимает вид иронии.

— Мы с вами… — проговорил Высик. — Да, мы с вами оба — веселые волки. Мы можем загрызть, но умеем и жизни радоваться. Играть по-щенячьи. Угрюмым волкам мы враги.

— Да, — сказал Буравников после долгой паузы. — Да. Вы правы. Всего доброго. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — откликнулся Высик и пошел прочь.

А Буравников вернулся к себе и снял трубку с телефона, только нынешним утром наконец установленного и подключенного.

Подмигнув Розе, сжавшейся в кресле, он набрал номер генерала Кандагарова.

— Товарищ генерал? — сказал он. — Да, разумеется, дело срочное, раз я вам звоню в такой час. Когда полковник Алексеев имел со мной странную беседу, я еще не мог уразуметь, в какие игры вы играете. Но сейчас, когда я якобы вызвал к себе Розу Хорватову срочным письмом… Да, девушка сейчас у меня, и примчалась, потому что получила письмо, подписанное моим именем. И я задаю вопрос, зачем вам понадобилось сводить нас вместе, какой антигосударственный заговор вы хотите нам приписать? Ах, вот как? Признаться, я верю вам, что вы тут ни при чем, потому что на вас все это уж очень непохоже… Нет, девушку я никуда от себя не отпущу и буду заботиться о ней, как отец. И еще, признаюсь, у меня возникла мысль, что вы могли попробовать поддеть меня на какой-то крючок, решив, что я пытаюсь скрыть от вас результаты исследований. Могу вас заверить, что это не так. Я и вас, и кого угодно в любой момент ознакомлю со всеми результатами. Но должен повторить то, что сказал полковнику: результаты эти — предварительные, их ученые предпочитают не показывать, чтобы не подавать ложных надежд… Да, связанное именно с этой темой. Да, перспектива есть. Да, я это сделаю. Должен предупредить об одном: неудачный эксперимент может привести к страшным, катастрофическим последствиям. Какого рода катастрофическим? Предпочел бы изложить вам это лично. Если вы и другие люди, ответственные за осуществление проекта, решите, что стоит рискнуть, я продолжу работу в указанном направлении. Да. Да. Всегда рад. До свидания.

Положив трубку, он повернулся к Розе.

— Тебе ничего больше не грозит. И про труп твоего ленинградского «поклонника» забудут. Будешь жить как жила.

— Спасибо… — пробормотала Роза.

— Пойдем, я покажу тебе твою спальню, — сказал Буравников, пресекая любую возможность дальнейших изъявлений благодарности.

А Высик, вернувшись в отделение и усадив куклу на прежнее место, в углу за «буржуйкой», призвал весь свой «штат», которому доверял: Илью, Берестова и двух сержантов, Блинова и Жигулина.