Книга Любовь или выгода, страница 3 – Алиса Коршунова

Я всячески старалась поддерживать папу, не доставляя ему никаких лишних проблем. Готовила еду. Когда была еще совсем мелкая — просто помогала, а к четырем годам уже целиком и полностью сама все делала по хозяйству.

Хоть мне и было трудно, но я ни на секунду не жалею об этом. Наоборот, я даже рада, потому что каждодневные трудности и бытовые проблемы помогли мне сформироваться, стать самостоятельной. С малых лет я научилась ценить то, что у меня есть, никогда не воспринимая это как данность.

* * *

С самого раннего детства отец мечтал, чтобы я повторила судьбу своей матери. Нет, вы не подумайте, ничего трагичного, всего лишь профессиональный путь. Папа часто рассказывал мне о том, какая у меня была талантливая мамочка, как сильно и трепетно она любила театр и кино.

В общем, отец решил, что я должна пойти по ее стопам и стать актрисой. Ну а что я? Поддалась, прогнулась и решила, что мое призвание в этом. По сути, это была мамина-папина заветная мечта, в которую я поверила… Мечта, которую я старательно пыталась исполнить.

В школе я занималась в театральном кружке. Выступать на сцене перед зрителями, видеть их улыбки, чувствовать эмоции — это непередаваемые ощущения.

Я была немного стеснительной и зажатой, первое время очень волновалась перед выходом на сцену. Но с каждым последующим выступлением я становилась более раскрепощенной и уверенной.

Было приятно видеть, что творчество не оставляет зрителей равнодушными. Они улыбались и аплодировали нам.

Уходя за кулисы после спектаклей, я чувствовала себя опустошенной и уставшей. Ведь независимо от того, какой была моя роль, я всегда старалась вкладывать в нее все свои эмоции и переживания.

Но были и мурашки по коже от того, что ты соприкасаешься с чем-то большим, чем-то сокровенно важным. С чем-то, что позволяет задумываться о любви, дружбе, верности, о том, кто мы есть на самом деле и куда мы идем.

В то время мне казалось, что спектакли помогали мне лучше понять себя, свои желания и стремления. А еще я искренне полагала, что это такое счастье — приносить людям эмоции, трогать какую-то струнку человеческой души, возможно, подталкивать к мыслям о высоком и личном.

Одобрение зрителей и благосклонность папы были для меня высшей наградой. Я чувствовала, что сделала что-то важное, что-то, что затронуло сердца других. И это осознание давало мне силы двигаться дальше, развиваться и совершенствоваться в выбранной стезе.

Перед выпуском из девятого класса мой папа узнал о существовании особых театральных классов в Москве, где ученики не изучают физику, математику, астрономию, биологию. Нет, у них расписание забито сплошь русским, английским и большим, немыслимым количеством часов литературы.

Само существование таких классов стало для меня настоящим открытием. Просто мне всегда казалось, что все учебные заведения дают примерно одинаковый уровень образования. А тут, благодаря папе, неожиданно выяснилось, что существует такое интересное и направленное обучение.

Набор проводили с десятого класса, поэтому я формально попадала в нужную категорию. Папа решил, что мне стоит попытать удачу и попробовать свои силы. Он взял отпуск, и мы отправились в Москву.

Это было наше первое большое “путешествие” вместе. Было так необычно вырваться за пределы нашего города, и я чувствовала смесь волнения и страха. Мы ехали на поезде, и я смотрела в окно, наблюдая, как меняется пейзаж. От нашего маленького городка до огромной, бурлящей жизнью столицы.