Книга Развод. Его тайна сломала нас, страница 48 – Софа Ясенева

— За что?

— За то, что ты не оставил меня одну. Что включился в процесс воспитания.

Я сжимаю губы, потому что ответить сразу не получается. Слишком много всего в этих словах.

— Я должен был сделать это раньше, — говорю в итоге.

Она кивает, и впервые за всё это время позволяет себе немного расслабиться.

Я осторожно тянусь к ней, обнимаю, и в этот раз она не замирает, не выскальзывает, а остаётся в этих объятиях. Прислоняется лбом к моему плечу, и я чувствую, как ровнее становится её дыхание.

Позже я поднимаюсь наверх.

Дверь в комнату Алисы приоткрыта. Я стучу всё равно, давая ей время отреагировать.

— Можно?

Она сидит на кровати, поджав под себя ноги, альбом лежит рядом. Делает вид, что рассматривает рисунок, но я вижу, что она просто избегает смотреть на меня.

Я не подхожу сразу, останавливаюсь чуть в стороне.

— Ты обиделась? — спрашиваю спокойно.

Она пожимает плечами, не поднимая головы.

— Не знаю.

— Похоже на “да”, — мягко замечаю.

Присаживаюсь на край кровати, оставляя между нами расстояние.

— Алис, я не ругался на тебя, потому что ты плохая, — говорю, подбирая слова. — Я сказал это, потому что твои слова могут ранить другого человека.

Она наконец поднимает взгляд.

— Ты её защищаешь.

В её голосе снова звучит укол.

— Я защищаю порядок в нашем доме, — отвечаю спокойно. — И тебя тоже.

Она хмурится.

— Меня?

— Да. Потому что если ты будешь привыкать, что можно говорить всё, что угодно, тебе потом будет сложнее. И с другими людьми, и дома.

Она какое-то время молчит, переваривая.

— А ты меня не отдашь? — вдруг спрашивает тихо.

Вопрос неожиданный, но в то же время абсолютно логичный.

— Нет, — отвечаю без паузы.

— Точно?

— Точно.

— Ладно, — бормочет.

Я не давлю дальше. Понимаю, что на сегодня этого достаточно.

— Ложись спать, — говорю, вставая. — Завтра у нас много дел.

Я возвращаюсь в гостиную, где Тоня уже сидит на диване, и, увидев меня, чуть сдвигается, освобождая место рядом.

Сажусь, беру её за руку, и она отвечает на это движение без колебаний. В этот момент я впервые за всё время понимаю, что мы действительно можем справиться.

Мы сидим рядом в тишине, которая больше не давит. Тоня устроилась на диване, подтянув ноги, и опирается плечом о мою руку. Я машинально провожу пальцами по её запястью, ощущая, как она постепенно расслабляется.

— Ты устала, — говорю тихо, больше констатируя, чем спрашивая.

Она чуть улыбается, не открывая глаз.

— Есть немного.

Я усмехаюсь.

— “Немного” — это твой способ сказать, что очень даже много?

Она тихо хмыкает и поворачивает голову ко мне.

— Возможно.

— Тонь, — начинаю, и она сразу смотрит внимательнее. — Я правда многое делал неправильно.

— Сейчас ты это исправляешь, — тихо говорит она.

— Пытаюсь. Я хочу спросить кое о чём. Ты упоминала, что подумываешь о том, чтобы съехать и развестись.

— Да…

— Не торопись с решением. Я не хочу, чтобы ты ушла. И сделаю всё, чтобы ты не пожалела, если останешься.

На кухню спускаемся вместе. Я уже не ловлю себя на том, что заранее напрягаюсь, думая, как пройдёт утро, что скажет Алиса, будет ли очередной конфликт.

Юра берёт на себя завтрак — достаёт продукты, ставит чайник, что-то режет, перемешивает. Двигается спокойно, как будто это всегда было его обязанностью, а не чем-то, что он начал делать только потому, что иначе сейчас нельзя.