Книга Развод. В плюсе останусь я, страница 46 – Софа Ясенева

Не жду ни реакций, ни комментариев. Но уведомления начинают сыпаться почти сразу, сначала лайк от Нади, предсказуемый. А следом от Вадима. Сердце делает глухой удар где-то под рёбрами.

Вижу, как оживает карандашик в чате. Тот самый, в нашей почти безжизненной переписке, где всё сводится к моим отчётам о беременности и его сухим “спасибо”. Мелькает, замирает. И я ловлю себя на мысли, что задерживаю дыхание, как будто от того, напишет он или нет, сейчас зависит что-то очень важное.

Вадим: “Ты была сегодня с мужчиной?”

Карина: “Да.”

Пальцы дрожат, когда я нажимаю «отправить». Я не собираюсь оправдываться. Не собираюсь что-то доказывать или разжёвывать очевидное. Я взрослая женщина, и имею полное право на личную жизнь. Тем более, я не сделала ничего предосудительного. Не поцеловала, не флиртовала, не позволила себе ничего, что можно было бы назвать изменой.

Вадим: “Быстро ты утешилась. Даже не дождалась, когда нас разведут.”

С каждой его фразой внутри будто щёлкает невидимый тумблер.

Карина: “Напомнить тебе, в каком виде я застала тебя в кабинете?”

Пальцы сжимаются вокруг телефона так, что побелели костяшки. Какое он вообще имеет право меня упрекать после всего?

Аж потряхивает, когда думаю о том, что он смеет мне что-то предъявлять, тогда как у самого рыльце в пушку. Кто бы говорил, Воронцов! Если он рассчитывал меня пристыдить, то достиг ровно противоположного эффекта. Если меня и мучали какие-то сомнения, правильно ли я поступаю, то теперь они рассыпались в пыль.

Я ведь не должна ставить крест на себе. Мне всего двадцать восемь. Я не старая, не страшная, не женщина второго сорта, только потому что беременна. Кто справится с тем, чтобы любить меня больше, чем я сама? Как выяснилось, на мужчину в таком вопросе положиться никак нельзя. Это самая проигрышная ставка из всех возможных.

Вадим: “Ты до сих пор так и не выслушала меня. Просто вбила себе в голову, что я изменщик. Может, всё-таки поговорим?”

Карина: “Уже поздно. Мне пора спать.”

Вадим: “Кто бы сомневался. Спокойной ночи, Рина.”

Последняя фраза с тем самым нажимом, от которого внутри всё замирает. Не отвечаю. Просто кладу телефон на тумбочку экраном вниз. Даже если бы я захотела выслушать, что бы это изменило? Факт остаётся фактом: он скрывал болезнь в семье. Он предал. И пусть у него тысяча объяснений, ни одно из них не заставит меня снова доверять.

Я больше не хочу копаться в прошлом. Там всё ясно. Хочу жить дальше.

Беру телефон и открываю чат с Алексеем.

Карина: “Спасибо за приятную компанию и цветы.”

Отправляю сообщение, не дожидаясь ответа. Откидываюсь на подушку, гашу свет. Долго не могу уснуть.

Алексей, как и ожидалось, оказывается не злопамятным. Он пишет только спустя две недели, видимо, вернулся из командировки. Предлагает кино.

И я соглашаюсь.

Мы выбираем вечерний сеанс. Берём билеты на задние ряды. В зале почти все места заняты, фильм на пике популярности. Перед кассой пахнет карамелью, пережаренным попкорном и кофе.

— Ты по какому попкорну, Карин? — спрашивает Алексей, когда подходит наша очередь.

— Солёный. Но ещё больше люблю начос с острым соусом.

— Тогда нам начос и большой солёный попкорн. Пить?

— Спрайт.

Он кивает, платит, и мы пробираемся по узкому проходу, лавируя между рядами. Я прижимаю к себе коробку с начос, и чувствую, как запах расплавленного сыра и перца пробуждает зверский аппетит. Похрустываю первой чипсиной и улыбаюсь.