Онлайн книга «Игра, разорвавшая время»
|
— Нет, долгая история. Ты только представь, как это может затянуться. Пока мы придем в полицию, пока объясним, что к чему, пока они начнут следствие… А вот если мы его поймаем, то, по сути, приведем с поличным. И избежим длинного предыдущего этапа с попыткой доказать правдивость того, что мы стали свидетелями преступления. Это я тебе как бывший милиционер говорю. — Как ты его поймаешь? Сам же говоришь: ты его спугнул. И он теперь прячется где-то в лесу. Боится, что ты людей приведешь. Он, может быть, уже далеко-далеко, куда-то в товарняке в Сибирь мчится. — А мне кажется, что он вернется, — не согласился с ним Илья. — Клад! Они искали клад. Эти двое. Из-за клада Свирепов убил своего дружка Федю. — Нашли ли они этот клад, было не понятно. Сначала Федя обнаружил какую-то нишу. И после этого Свирепов его убил. То есть он даже не дал ему достать клад, если тот там находился, — продолжил его мысль Григорьев. — А дальше я ему помешал проверить, — напомнил Илья. — Он вернется. А может, уже там. Вокруг церкви бродит. Пошли обратно! — Может, лучше в полицию сначала? — Нет, я хочу убедиться, что он не сбежал. Мы его в палатку заманим. И потом скрутим… Пошли быстрее… Глава 30 Свирепов Выстрел прокатился по пустым руинам, будто кто‑то ударил по огромному железному листу. Федя рухнул, и в тишине, которая наступила, Свирепов услышал собственное дыхание — рваное, хриплое. И в ту же секунду где‑то за спиной раздался крик. Резкий, отчаянный, знакомый: — Свирепов! Он отозвался эхом, прыгнул по стенам, и Свирепов не понял, откуда он пришёл — спереди, сзади, сверху. Но голос… голос он узнал. И не узнал. Как будто слышал его когда‑то давно, в другой жизни. Затем еще один голос воскликнул: — Илья! Стой! — Кто здесь? — испуганно ощерился Фрол Свирепов. — Гадина! Я нашел тебя! — это снова прокричал первый голос. Свирепов вскинул ружье в том направлении и дважды выстрелил. Затем выругался и бросился в тёмный проём, прочь из церкви. * * * Он мчался вперед, гонимый животным страхом. Ноги сами несли в знакомом направлении — этот лес был исхожен до войны вдоль и попрек. Свирепов был уверен, что и темнота ему не помеха. Просчитался. Носок ботинка попал в ямку, и он полетел на землю, выронив ружье. Суетливо отполз в кусты, прислушался. Было тихо. Только отчаянно кричала напуганная им птица. Свирепов чувствовал, как по телу волнами ходит дрожь. Темнота и прятала, и пугала. Казалось, за любым кустом мог затаиться партизан. А что он притих и не выдает себя, так просто целится в Фрола. Вот сейчас мгновение пройдет, и прозвучит выстрел. Отползти в другое место? В какое? Где он прячется, этот невидимый враг? А ружье? Он выронил ружье? Где оно? В темноте трудно найти. А без него никак нельзя. Оно спасет, оно убережет, оно защитит. Птица затихла — перестала кричать. Застрекотали сверчки свою беззаботную песенку. И Фрол немного успокоился. Раз до сих пор никто не выстрелил или не выкрикнул: «Руки вверх» или «Хэндэ хох!», значит, он в безопасности. Пока в безопасности. Что за странно знакомый голос он слышал? «Свирепов! Гадина! Я тебя нашел!» Кто это был? Их было двое. Другой закричал: «Илья! Стой!» Илья… Уж не сынок ли агронома это? Точно, он! Почему в такое позднее время этот сопляк оказался в церкви? Следил за ним? Почему? Партизаны поручили? |