Онлайн книга «Игра, разорвавшая время»
|
— Зачем ты это сделал? — спросил Илья. — А лучше бы, чтобы он нас этой палкой отдубасил? Илья сердито отмахнулся и, поставив сундук на землю, рванул в дверной проем. Гоше ничего не оставалось, как последовать за ним… * * * Только они пересекли проход в стене и оказались внутри разрушенной церкви, как полил дождь. Пока несмело — только разбрасывая вокруг крупные капли. По развалинам рыскал Свирепов, заглядывая в каждый угол. Во всех его движениях было одержимое нетерпение. В руке по-прежнему был ломик. — Где? Где клад? — завопил он, увидев парней и, как обезумевший хищник, бросился на них в атаку. И тут небо словно прорвалось: дождь хлынул стеной. Вода обрушилась на руины проливным потоком. Прямо над ними взорвался оглушительный удар грома — так резко, что уши заложило. Следом ударила яркая вспышка молнии. На секунду всё вокруг было ослеплено белым светом. И Гоша невольно зажмурился… * * * Когда он открыл глаза, то понял, что снова очутился в том дне прошлого, где уже побывал дважды. Дождь больше не лил, молния не сверкала и гром не гремел, а была благостная тишина и тепло. Церковь снова была с куполом. Около икон горели свечи. Только они сейчас освещали темное помещение. С настенных фресок за происходящим наблюдали святые. Гоша увидел замершего в центре церкви Илью и прижавшегося к стене Свирепова, который от такой неожиданности выронил из руки ломик. В полутемном помещении негромко запел молитву приятный мужской голос… Глава 43 Все повторилось… Почти… В полутемном помещении негромко запел молитву приятный мужской голос… Гоша сразу понял, где он. Совсем недавно он хотел этого: вернуться в тот день прошлого, когда можно было остановить смертоубийство — постараться вывести людей из церкви. Он готов был рисковать, чтобы помочь. Из-за этого наперекор своим товарищам Гоша остался здесь, у руин, а Веня и Диана ушли. Потом появился Илья, и они уже вместе хотели это сделать… Не получилось… Тогда не получилось. Они попали в другой момент времени, когда жаждущий найти клад Свирепов убил своего дружка Федю. А вот теперь… опять… У двери валяется синей кляксой палатка… Горящие свечи, запах ладана, блики от пламени, отражающиеся на иконах, лики святых на фресках… И… негромкий голос, поющий молитву. Эхо разносится по помещению, улетает вверх, под купол: Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, и ныне и присно и во веки веков. Аминь. Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный, помилуй нас… [1] Гоша поёжился. Он понимал, что скоро случится непоправимое. Илья стоял в центре церкви, прямо под куполом. Он был потрясен, ошарашен. Только что гремел гром, сверкала молния, лил как из ведра дождь — а теперь благость, тепло и видимость покоя. Он растерянно смотрел вокруг себя и в этот момент выглядел беззащитным. На его лице отражались одновременно и ошеломление, и боль — он догадывался, что попал в прошлое. Возможно, в тот самый день, о котором рассказывал ему Гоша, в тот день, когда погибла его мама. Свирепов замер у стены. Лицо Фрола было белым, как мел, — то ли освещение так падало, то ли он был смертельно напуган переменами. Ломик валялся на полу. Выглядело так, что он забыл о нем. Отец Василий пока не замечал, что в церкви появились люди. Он продолжал петь молитву, стоя перед иконой, окруженной свечами. Когда произнес последнее слово, зажег погасшую свечу другой свечкой и повернулся, чтобы отойти. |