Книга Игра, разорвавшая время, страница 87 – Ольга Солнцева-Кларк

— И ты молись, Фрол.

Тот слегка опешил от такого предложения.

— Нет! — выкрикнул Гоша. — Уходите все из церкви! Сейчас начнется! Быстрее! Прошу вас!

— Ни одного не выпущу! — заорал Фрол и побежал к выходу. — Назад! Отдайте мне мой сундук! Всех убью.

Ломик засвистел в его руках. Люди шарахнулись в стороны.

— Дебил! — закричал Гоша. — Тебя тоже сейчас накроет!

Однако тот его даже не услышал.

— Илья, помогай!

Гоша бросился к палатке, схватил ее в охапку. Илья догадался, что задумал его приятель. Он подбежал к нему. Они растянули синюю ткань, намереваясь запутать в ней разбушевавшегося Свирепова.

Но было уже поздно. Послышался гул приближающегося самолета. Гошино сердце сжалось от отчаянья.

— Он сюда летит, сюда! — испуганно воскликнула старуха с растрепанными седыми волосами, выглядывающими из-под косо повязанного платка.

Началась паника. Люди кинулись к выходу, но там со своим ломиком стоял Свирепов. Похоже, он еще не понял, чего так испугались люди.

Кто-то случайно споткнулся, кто-то задел свечницу. Она упала, и пламя красно-желтыми языками поползло по полу.

В гул вплелся громкий, пугающий свист, а затем — удар такой силы, что дрогнули стены и пол под ногами.

А дальше Гоше показалось, что всё словно замедлилось. Купол у дальней к людям стены начал осыпаться — тяжёлые обломки камня полетели вниз. Столб пыли тут же смешался с хлынувшим внутрь потоком дождя.

Отчаянные крики людей, плач детей, вводящий в ступор гул самолета, свист падающей бомбы, грохот рушащихся стен — всё смешалось в страшный шум.

Вторая бомба упала в центр купола. Он треснул протяжным, страшным звуком. Гоша видел, как падают люди, как кровь смешивается с водой и пылью.

— Илья! — отчаянно закричал он.

Того не было видно.

Пламя бушевало там, где его не достиг дождь. Гоша видел искажённые ужасом лица людей. Он заметил Свирепова. Тот пробирался к двери, расталкивая людей. И тут прямо на его голову упал обломок купола.

А потом случился сильный удар совсем близко с Гргорьевым. Такой сильный, что воздух выбило из легких. Гоша почувствовал, как ноги оторвались от пола. Затем его выкинуло взрывной волной в образовавшийся проем в стене.

И мир погас. Наступили одновременно тишина и темнота…

[1] Орфография сохранена как в оригинале.

Над ухом настойчиво зудело:

— Зззз… Зззз… Зззз…

Гоша с трудом открыл глаза.

Над ним висело синее, без единого облачка небо. Оно было таким глубоким, что на секунду захотелось просто смотреть в него и ни о чём не думать. Ладони ощущали мягкую траву. Лицо приятно грели солнечные лучи.

Он скосил глаза на источник звука. Над цветком кружила пчела. Она трудолюбиво спешила собрать нектар из цветка, который вскоре увянет, покорясь силе осени.

И тут память накрыла его разом: клад, Свирепов, гроза, церковь, бомбёжка… В душе поднялась тревога — резкая, как удар. Крики, кровь, огонь, падающие обломки купола… И потом — взрывная волна, она-то и вышвырнула его наружу.

«Где Илья⁈»

Гоша резко сел. И тут же почувствовал, как откликнулось болью тело — кольнуло в боку, потянуло плечо. В ушах зазвенело, будто они всё еще хранили звук того взрыва, что случился в церкви.

Григорьев с трудом поднялся. Голова кружилась. Одежда была в пыли. На темных джинсах проступало еще более темное пятно.