Книга Дом ведьмы в наследство, страница 45 – Жанна Лебедева

Настя во все глаза разглядывала вставшего на дыбы странного кентавра с огромной дубиной и песьим телом вместо лошадиного.

— Кто это?

— Полкан-Богатырь. Али не слыхала? — удивилась Настиной неосведомленности медведица. — Получеловек-полузверь силы невообразимой и прыти редкостной. Семь верст за один скок преодолеть может.

— Не знала… — Настя показала на изображения скачущего всадника с мечом и двух женщин в длинных платьях. — А это?

У всадника облупились перья на шлеме и половина коня. У одной из женщин почти не осталось лица. У второй — части подола и одной руки.

— Так Бова-королевич же, — пояснила Настасья Петровна. — Вот он, голубчик, на битву со зверями дикими скачет. А это, — указала она на женщину без лица, — Милитриса Кирбитьевна — королева могучая да грозная! А та, у которой рученька стерлась, — Дружевна-королевна, умница да раскрасавица…

Настя поразилась:

— Так рассказываешь, будто их всех лично при жизни знала?

— Так и знала, — приосанилась деревянная медведица. — Грамоте обучена, спасибо барыне. Сказ-то тот рыцарский все тогда читали да обсуждали и героев изображали на каждом лубке. Модно считалось.

Настя догадалась:

— Поняла! Это у вас «Игра престолов» такая была, старинная?

Настасья Петровна явно не поняла сравнения, но на всякий случай покивала…

Обставлена комната с росписями была не густо. Шкаф у одной стены, диван и стол — у второй. На полу ни ковра, ни дорожки. Виден ход в подполье — большая откидная крышка с проушинами, плотно стянутыми замком, здоровенным таким…

Так просто вниз за ключами не спуститься.

Вот ведь неудача!

Зато рисунки красивые…

Настя решила, что нужно будет купить краски и отреставрировать облупившиеся части картинок. И какой-нибудь надежный закрепитель, дабы сохранить оригинальные фрагменты в сохранности еще на долгое время.

Нужно будет поискать в интернете откровения профессиональных реставраторов и поучиться…

Она на всякий случай подошла и подергала крышку люка. Вдруг повезет, и замок окажется ветхим? Не повезло. Несколько звеньев толстой цепи, пропущенной сквозь проушины и сомкнутой в кольцо замком, свирепо лязгнули, но не поддались.

Следующим Настя обследовала шкаф.

Он был, как в сказке про Нарнию, лакированный, красного дерева, весь в резьбе. Деревья, сатиры, лани — тематика уже совсем другая, не та, что на стенах и потолке. К ручке, бронзовой, с медовыми вкраплениями из янтаря, так и хотелось прикоснуться. Под ручкой виднелась замочная скважина.

Стоило дернуть один раз, чтобы убедиться — тут тоже заперто.

— Ну что? Пойдем обратно? — предложила Настасья Петровна.

— А это что? — Настя изумленно указала в дальний угол.

И вдруг неожиданно погас свет.

В дальнем углу, куда почти не доставала лампа, пробивался из-под половиц слабый свет. Стоило лампе погаснуть, и он сразу стал ярким, заметным. Он двигался под полом, пульсировал и подрагивал, мерцал и колыхался, отражался от крашеного пола неровно, маслянисто.

Настя схватила медведицу за деревянную лапу.

— Там кто-то есть! Со свечками будто ходят?

— Не волнуйся. Домовые собираются, — успокоила Настасья Петровна, ласково гладя Настю по влечу. — Я так разумею.

— А если не домовые?

— Тогда не знаю кто. Ты свет-то зажги обратно — и поглядим.