Книга Песнь Света о черничной весне, страница 92 – Кира Цитри

— Посмотри какая ты хрупкая, цветочек. Я сломаю тебя. Я не нужен тебе. Ты юная и живая, а я мертв внутри уже очень давно, — горько прошептал Ниалл.

Он отвернулся и сделал шаг, но девушка схватила его за руку и обернулась.

— Я тоже, Ниалл. Я тоже мертва внутри. Ты — Свет, и только ты можешь сделать меня живой.

Ниалл нахмурился. Его потухшие глаза распахнулись, с губ сорвался соленый выдох, а взгляд опустился на ладонь, что крепко вцепилась в его рукав. Он вернул взгляд на Персефону, а она, объятая порывом, обвила вокруг него кольцо рук и уткнулась носом в грудь. Сердце Повелителя Света мирно стучало в груди, а в голове роем пчел летали мысли. Только здравую, которая кричала голосом брата: «Отпусти. Ты погубишь ее, Ниалл! Ты разобьешь ей сердце!» он вдруг отогнал от себя, словно назойливую муху, и обнял Персефону в ответ, коснувшись носом пушистых платиновых кудрей. Она снова пахла черникой и ему захотелось поцеловать ее губы. Только он не успел. Подняв голову, Персефона встала на носочки и впилась в его губы жадным поцелуем, и Повелитель ответил, зарываясь ладонями в ее горячие змейки волос. И в эту минуту не существовало ничего, кроме сладкого черничного выдоха, смешанного с соленым и морским. Время остановилось, лепестки роз повалили с неба. Ярким водоворотом: лиловым, желтым, белым, рубиновым, они порхали подобно бабочкам, опадали на щеки, открытые плечи девушки, пальцы, переплетенные между собой, и застывали на стеклянном полу бархатным ковром.

А на лунном луче стоял хмурый Адриан и взгляд его серебристых глаз чернел с каждой секундой. Неужели, он ошибся, и брат действительно влюблен? Неужели, Адриан его больше не знает? Или, быть может, он так долго был зациклен на себе, что не разглядел скрытую за ледяной стеной горящую ярким огнем душу брата?

Мужчина в плаще стоял, широко расставив ноги. Руки его обхватывали плечи, а взгляд васильковых глаз хмуро разглядывал собственное отражение через зеркало в полный рост. В очередной раз вздохнув, он перевел взгляд на часы и скривился: «Опаздывает. Как же раздражают не пунктуальные маги!» Спустя пару минут зеркало затянула лиловая дымка, запахло орхидеями и отражение мужчины в капюшоне сменилось. Появился сначала силуэт, а затем отчетливо показался мужчина. «Хозяин», как называл его тот. Он едва улыбнулся высохшими губами, сверкнул карими глазами, похожими сейчас на два застывших янтаря и запустил ладонь в копну черных волос, а затем вытянул из них серебристую прядку, словно демонстрировал свою «изюминку».

Мужчина в плаще почтительно поклонился. Хонг кивнул и прохрипел:

— Ты достал?

Мужчина пожевал губы, а затем тихо произнес:

— Не совсем, — и зажмурился, ожидая гневного окрика, но его не последовало. Хонг спокойно сказал:

— Что так? Жизнь стала не нужна?

— Прошу простить меня, хозяин! Но я нашел способ. Я заставил глупую девчонку работать на меня. В ближайшее время она достанет кристалл Света, клянусь вам!

Хонг задумчиво оглядел мужчину, а затем из зеркала вытянулась ладонь и тот испуганно ахнул. Хонг притянул его к себе и на его ладони показалось окровавленное легкое. Стало тяжело дышать, каждый вдох отдавался болью в груди.

— Для мотивации, — гадко улыбнулся Хонг. — Если в течение месяца ты не достанешь мне кристалл, я заберу второе.