Книга Истинная для Бога Тьмы, страница 190 – Кира Цитри

— Остановитесь! — рыкнула Селена, поднимаясь с колен. Кровавые слезы падали на землю, ноги Госпожи Порядка тряслись, а на кончиках пальцев искрила магия. — Вы не посмеете разрушить мир! Вы не посмеете превратить в пепел то, что вам не принадлежит. Я Богиня, что держит в ладонях равновесие. И я приказываю вам остановиться!

Хлопок разразил воцарившуюся тишину. Вспышки солнца замерли, так и не долетев до земли, молния едва замерцала сиреневым огнем, но не посмела взорваться, время будто остановилось. Ниалл удивленно распахнутыми глазами смотрел на сестру. Ее лицо было расслаблено, только из глаз продолжали капать кровавые слезы. Кандалы на ее запястьях рухнули, превращаясь в пыль. Богиня Порядка, эта хрупкая женщина с тонкой талией и сияющей улыбкой, сейчас величественно смотрела на двух братьев с высоко поднятой головой. Она махнула рукой и солнце спряталось за облака, а кровавое небо сменилось на лазурную гладь. Моргнув, Ниалл вдруг спросил:

— Откуда в тебе эта сила, Селена?

— Ты забыл, мой милый, я — Порядок! И я приказываю вам остановиться. Конец света не должен начаться из — за ссоры двух Богов, что решают, кто из них могущественнее! Я не позволю тебе, Ниалл, вершить чужие судьбы.

— Извини, Селена, но Адриан должен умереть. Я готов остановиться, если он выпьет это, — Ниалл достал из кармана полный пузырек, мерцающий черной жидкостью. — Пусть отдаст осколок Хаоса и примет смерть, смотря мне в глаза.

Бог Света взмахнул ладонью и солнце — огромный багровый шар, вдруг снова величественно выплыло на небе. Ниалл держал руку ладонью вверх.

— Я считаю до трех, а затем сжимаю кулак. Солнце исчезнет навечно вместе со всеми смертными, если ты, Адриан, не сделаешь то, что я сказал.

И Повелитель Света начал считать. На цифре один Адриан сделал первый шаг, на цифре два достал из груди осколок Хаоса, на цифре три поднес его к пузырьку. Только не успел коснуться его, потому что вдруг воздух сделался свинцовым, в груди вспыхнул восторг, а ноги сами по себе заставили тело рухнуть на колени, низко склонив голову, ведь на поляне появилась она — Вселенная, Небесная Царица, Мать всего сущего. У нее много имен, и все будут верными. Она легкой походкой, будто невесомо, скользила по земле и там росла зеленая трава, усеянная мелкими лиловыми цветами. У Дафны перехватило дыхание при виде этой Богини. Захотелось зажмуриться и не дышать. Она ласково улыбнулась воинственной Селене, недовольно покачала головой Ниаллу, задержала свой взор на Адриане, а затем взглянула на Дафну. Адриан вздрогнул, кинулся к девушке, закрывая ее от жестоких глаз Царицы.

— Матар! — воскликнул Адриан на старом языке, обращаясь к матери. — Прости, что посмел не попросить твоего разрешения. Я отдал часть своей души той, которую люблю, чтобы спасти ее от гнева Ушакхала.

— Я все знаю, мой Лунный Бог. Пусть живет. Пусть будет моим подарком взамен той, которую ты потерял, — ответила Царица, теряя к Дафне всякий интерес.

Плечи Адриана заметно опустились. Напряжение стихло, но он во все глаза следил за передвижениями матери. Небесная Царица жестока, справедлива, величественна. Она подошла к Ниаллу, который склонил свою голову, и вздернула ладонью его подбородок, мягко погладила по щеке, пропустила сквозь ладонь платиновые пряди, а затем наотмашь ударила по лицу. Голова Ниалла дернулась, веки зажмурились, а по щеке потекла кровь.