Книга Танцующая в луче, страница 110 – Татьяна Русакова

Я видела её странно — неподвижное тело в гробу и одновременно светлую тень, с тревогой и нежностью склоняющуюся к малышу.

Подойдя ближе, я положила руку на плечо мальчика.

— Не плачь, — ласково попросила я. — Мама любит тебя. Она рядом.

Я повела рукой — и мальчик обрадованно воскликнул, увидев светлую фигуру:

— Мама!

Люди, столпившиеся вокруг могилы, уставились на меня безумными глазами и попятились. — Дева! — услышала я. — Лунная дева!

Миг — и у могилы никого не осталось, кроме малыша, на лице которого высыхали слёзы, и его отца, исподлобья, мрачно глядящего на меня.

— Мама всегда будет рядом, — уверенно пообещала я мальчику. — Смотреть, как ты растёшь, помогать, когда тебе грозит беда. А сейчас попрощайся с ней. Маме пора, — я наклонилась и подхватила малыша на руки, обняла крепко, вливая в него всю силу, взятую из камня перстня.

Вокруг нас в круговом хороводе замелькали деревья. Голова кружилась, но живое тепло ребёнка держало меня. Только бы не уронить!

Я держала сейчас в руках пра-пра-прадеда Гэйлы Кук. Драгина отправила её не в вымышленные миры, а в такое глубокое прошлое, из которого ей не найти было выхода. Потому что и самой её ещё не было.

Мир снова изменился и оплыл. Я продолжала обнимать ребёнка, но это уже был не тот всхлипывающий мальчик, а его сын… внук… правнук… Дети менялись, но я по-прежнему крепко держала нити их жизни, и только когда на моих руках завозилась хорошенькая девочка, я крикнула:

— Тяните! — и тут же почувствовала отклик Грэйра и лангора Светтара.

— Аах! — вскрикнула Кика, приподнимаясь на кровати и вдруг заплакала — отчаянно, оглушительно, закричала, как новорожденный ребёнок.

— Жива! — обрадованно выдохнул герцог, и непонятно было, за кого он больше беспокоился — за Кику или за меня.

— Что с ней? — хмурился Светтар. — Почему она так плачет?

— Это пройдёт, — пообещала я, и без сил рухнула на свободную кровать. — Скоро, — пробормотала я, засыпая.

Мужчины склонились над плачущей Гэйлой, и сквозь сон я протянула к ней невидимую ниточку, качнула колыбель.

— Спи, малышка, — прошептала я. — И просыпайся взрослой…

Я редко сплю без сновидений, но сегодня словно провалилась в небытие. Хотя нет, неправда. В моём сне не было образов, но был свет. Чудесный, мерцающий, призрачный… проходящий сквозь меня и оживляющий моё измученное тело. Свет луны! И голоса тоже были — отдалённые, едва слышные. Я и не обращала на них внимания, хотя они настойчиво звали меня по имени… один взволнованно, другой изумлённо и недоверчиво.

— Ди! Ди! Диана! Да проснись же ты наконец!

— Это не её имя, и вы не хуже меня это знаете! Кто она? Как она сумела пройти мимо стражи?

— Помолчите, Светтар! Неужели вы ещё не поняли?

— Ох уж эти мне сказки! О, боги, что с её волосами?

— Не смейте трогать её! Это просто луна!

— Они светятся… Но этого не может быть… Боги! Она левитирует!

— Тише! — страдальчески попросил молодой голос. — Не мешайте ей!

Дальше я уже ничего не слышала, потому что серебристый сияющий свет наполнил меня до краёв и мягко отпустил на землю, заставив сделать первый шаг.

Я улыбнулась, не открывая глаз, вскинула руки и закружилась, подняв лицо к луне. Легко прыгнула, преодолев полдвора, приземлилась и вновь закружилась на цыпочках, едва касаясь земли.