Книга Лишняя жена дракона. Газетная империя попаданки, страница 88 – Нина Новак

Но Эдриан-Шейн по-простому садится в предложенное кресло, кладет тяжелую ладонь на колено. Щурится.

— Мисс Идаль, — Клер взмахивает руками. — У вас мука на носу. Репортеры обязательно должны вас снять. Это так мило, так по-домашнему!

Она достает из маленькой сумочки зеркальце и подносит мне — на носу и щеках и правда мука. Я непроизвольно провожу по лицу пальцами, пытаясь стереть это безобразие.

Внезапно пересекаюсь взглядом с мужем, чьи глаза стремительно темнеют. Он пристально смотрит на меня, а артефакты знай себе щелкают.

— Вот что значит вырасти в деревне. Вы так вписываетесь, мисс Идаль. А корову доить будете?

Клер щебечет, она сама непосредственность, жаль только что в этот миг иллюзии дают трещину.

Император хмурится, когда на всеобщее обозрение предстают неровная кожа, узкие губы и длинноватый нос любовницы. Волосы ее теряют объем, а глаза приобретают странный болотный оттенок.

Нет, любые носы и губы могут смотреться красиво на обаятельной и милой женщине, но не в случае Клер. Ее настоящее лицо неуловимо отталкивает не пойми чем.

Я больше не пытаюсь снять остатки муки с носа и наблюдаю за реакцией Эдриана. Зеленые глаза вспыхивают гневом, а Клер все еще не понимает, что ее игра раскрыта.

— Наверное, господин Персиваль разместит ваши снимки в своей новой статье? — изощряется она в остроумии. — Вы так мило смотритесь с закатанными рукавами.

Но в этот момент она замечает перекошенное лицо матери, усмешки девиц и… страшные драконьи глаза Эдриана.

— Вы смогли меня удивить, леди Клер, — спокойно произносит он.

Да, голос владыки спокоен, но сила вокруг него вибрирует, заставляя придворных гнуться к земле. Я же ощущаю сильное сопротивление, потому что драконица все норовит побороться с венценосным истинным. Но нельзя раскрываться, черт побери. Нельзя!

Клер замирает, а потом смотрится в свое дурацкое зеркальце и кухню оглашает вопль.

Леди Руш прерывисто и тяжело дышит, кажется, старую интриганку сейчас хватит инфаркт.

— Помогите леди Клер дойти до лошади, — кидает император своему гвардейцу.

В дом вбегает Турбиш и оглядывает цепким взглядом присутствующих.

Артефакты щелкают, а несколько журналистов выскакивают в окно, прежде чем их успевают задержать.

Клер закрывает лицо ладонями и бежит к императору, а он встает и снимает свой мундир. Накинув его на плечи Клер, склоняется. Всего несколько коротких слов, произнесенных ей на ухо, и любовница моего мужа теряет сознание. Кулем валится прямо к начищенным сапогам Эдриана.

— Просроченные кремы, что ли? Или сэкономила на иллюзиях? — Алиша подошла незаметно и протянула мне платок, — протрите лицо как будто невзначай.

— Конкурс окончен! — громко заявляет церемониймейстер, но голос его дрожит срываясь на фальцет.

Клер уносят, а император снова смотрит на меня.

Тяжелый взгляд пробегается по груди, скрытой всего лишь рубашкой и узким жилетом, по тонким рукам, по разрумянившемуся лицу.

Хищник. Он настоящий хищник в любой ситуации.

Эдриан молча разворачивается и покидает гостеприимный дом Коулов к их огромной радости.

— Я запишу вам рецепт пирога, — неловко улыбаюсь я.

Нас ждет дорога назад и я все еще переживаю из-за лошади. Сердце сжимается в тревожном предчувствии.

А вот цветок Эйхо... цветок должен был увять, израсходовав силу. Никто не определит, почему дали сбой иллюзии леди Клер.