Книга Спрятанный подарок, страница 59 – Аннетт К. Ларсен

— Он же едва может стоять прямо. Как он мог уйти?

— Не знаю, — ответила она, вцепившись руками себе в волосы.

— Ты проверь у ручья. Я же пойду по дороге в сторону города.

Она не стала задавать вопросов, а просто побежала, и я сделала то же самое. Успев пройти всего несколько шагов, я услышала звон молота по наковальне, после чего резко остановилась и посмотрела в сторону кузницы. Пришлось прищуриться, чтобы разглядеть что-то в полумраке, но папа был там: кожаный фартук накинут на голову, но не завязан, а в руке его был молот.

— Грейс! — крикнула я. — Он здесь!

Я поспешила к кузнице, окружённой каменными стенами с трёх сторон, а с четвёртой — открытой. В воздухе снова разнёсся звон: папа опустил молот.

— Папа? — окликнула я, надеясь, что он прекратит свои попытки. В горне не было огня, а молот ударял прямо по наковальне. Я не понимала, что он пытается сделать. — Папа! — снова крикнула я, оказавшись всего в паре шагов от него.

Он, наконец, поднял взгляд, и я поразилась тому, насколько ясным был его взор.

— Аннабель.

— Да, папа, — с облегчением ответила я. По крайней мере, на нём было пальто. Стояла такая холодина, что я понимала, в следующем месяце пойдёт снег. — Что ты делаешь?

Он посмотрел на руку, в которой держал молот, затем глубоко вздохнул и опустил его.

— Пытаюсь быть полезным.

Глаза тут же защипало. Это говорила не его болезнь. Это был мой отец, человек, который когда-то был сильным и уверенным в себе, осознающий, до чего он опустился. Я подошла ближе и взяла его за руку, стараясь сдержать эмоции.

— Ты смог дойти сюда, значит, держишься достаточно твёрдо.

— Да, — сказал он, позволяя мне подвести его к скамейке, на которую он затем сел. — Только вот какой от этого толк.

— Зачем ты размахивал молотом?

Он кивнул в сторону наковальни.

— Я поставил на ней метку и пытался попасть по ней. — На его лице читалось полное отчаяние. — Ни разу не получилось. Даже разок. И дважды уронил молот. — Я смотрела, как ветер шевелит его седеющие волосы на лбу. — Это сводит с ума. Мужчина должен уметь обеспечивать своих дочерей. — Его подбородок дрожал от гнева.

Я с трудом сглотнула.

— Мы знаем, что ты бы обеспечивал, если бы мог.

Он положил руку на моё колено, и я почувствовала, как она дрожит.

— Быть доведённым до такого… — произнёс он, и в его глазах навернулись слёзы. — Вы, девочки… — Его подбородок задрожал, и он замолчал. — Моё тело предало меня. А предавая меня, оно предало и вас троих.

Слёзы покатились и по моим щекам; я уткнулась лицом в его плечо, стараясь здесь и сейчас сполна ощутить его присутствие.

Снаружи послышался шорох; я подняла глаза и увидела Грейс. Она остановилась, переводя взгляд с меня на отца и обратно, явно не зная, что думать о происходящем.

— С ним всё в порядке, — просто сказала я.

Она смотрела на нас, но ничего не говорила, однако отчаяние в её глазах начало понемногу угасать.

— Прости, Грейс, — проговорил отец всё ещё дрожащим от слёз голосом. — Я не хотел тебя пугать.

Она слегка кивнула, но я видела, что ей нелегко сохранять спокойствие.

— Мы скоро зайдём в дом, — сказала я.

Она снова кивнула и тут же повернулась, чтобы пойти внутрь. Я дам ей несколько минут, прежде чем уговаривать папу вернуться в дом. Было ясно, что его болезнь тяжело сказывается на всех нас.