Книга Каратель. В постели с врагом, страница 81 – Виктория Кузьмина

— Соня...

Я не дала ему договорить. Просунула руку под ткань боксеров, обхватила пальцами его горячую плоть, и он глухо застонал, закрывая глаза. Он был большим. Больше, чем я помнила. И я понятия не имела, что делаю, но двигала рукой так, как подсказывал инстинкт. Медленно, сжимая, скользя вверх-вниз, и Тимофей дрожал под моими пальцами, дыхание сбивалось, становилось прерывистым.

— Чёрт… Детка, ты… — он поцеловал меня снова, жадно, почти грубо, вернул пальцы туда, где я текла от его ласк, сжималась, умоляла телом о разрядке, и мы двигались в такт друг другу, теряя последние границы.

Его пальцы вошли глубже. Жёстче. Большой палец давил на клитор круговыми движениями, доводя до безумия. Я сжала его в руке сильнее, двигалась быстрее, и его стоны смешивались с моими, становясь единой симфонией близости.

— Моя сладкая… моя… — шептал он мне в губы, в шею, в ухо, и голос его дрожал от сдерживаемой ярости желания. — Кончи для меня, детка. Давай… давай вместе…

Мир разлетелся на осколки от его сломленного шёпота в ухо. Я закричала его имя, сжимаясь вокруг его пальцев, пульсируя, растворяясь в ослепительной волне наслаждения, и почти одновременно почувствовала, как он содрогнулся в моей руке, как горячая влага разлилась по моим пальцам, по животу, по бёдрам.

Он обессиленно упал рядом, прижал меня к себе, поцеловал в висок, в щёку, собрал губами солёные дорожки слёз. Я даже не заметила, когда заплакала. Его рука медленно гладила мой бок, успокаивая, а другой он размазывал свою сперму по моей коже, втирал в живот, словно метил, делал своей окончательно и бесповоротно. Это было унизительно. Грязно. И от осознания этого внутри вспыхнула новая волна возбуждения.

— Ты невероятная, — прошептал он, и в голосе звучало что-то тёмное, собственническое. — Моя невероятная девочка…

От автора: график прод немного изменился, теперь проды будут через день) Спасибо за вашу поддержку! Вы самые лучшие)

— Да как так?!

Я не верю тому, что вижу на экране. Нет, ну почему так несправедливо? Главная героиня простоне моглаумереть в последней серии! Это жестоко, это неправильно, это...

— Да не переживай ты так, это просто фильм, — смеётся Борзов, прижимая меня к себе и целуя в лоб.

Я утыкаюсь носом ему в грудь, вдыхая его запах. Тёплый, обволакивающий, такой родной уже. С момента, как я поселилась в его квартире, прошло несколько недель. Несколько странных, пугающих, но одновременно... счастливых недель. Впервые в своей жизни я была спокойна настолько, что могла выспаться без страха. Без кошмаров о том, что отец ворвётся в комнату или Виктор.

Единственное, что на улицу я не выходила совсем. Было опасно. Тимофей ездил по своим делам, а я оставалась в квартире, и постепенно, разговор за разговором, я немного лучше узнала, кто он на самом деле. Оказалось, что он не преступник и не плохой человек. Онкаратель.

Мы в школе проходили это подразделение у оборотней. На уроках истории стаи, кратко, мимолётно, как что-то далёкое и не касающееся обычных оборотней. Когда-то давно один оборотень организовал отряд и утвердил его на государственном уровне, и неожиданно он начал разрастаться. Это что-то вроде внутренней полиции, но только гораздо глубже. Гораздо страшнее. Каратели — это оборотни-сироты. Те, чьих родителей и родственников не стало. Они могут стать карателями. Они там растут, учатся и тренируются. Как армия для подростков и взрослых.