Книга Сердце непогоды, страница 17 – Дарья Кузнецова

— Спасибо, я как-нибудь сам, – oжидаемо отмахнулся сыщик.

Нестерпимо хотелось указать на его внешний вид и предупредить, что в таком его и на порог не пустят, но воспитание оказалось сильнее. Пусть его. Как бы ни выглядел, а навряд ли он со своим чином и положением вовсе дурак. О начальнике сыскной полиции Шуховском Натан отзывался исключительно уважительно, да и те случаи, когда Анне доводилось встречаться с этим человеком, говорили о его проницательности и ответственном отношении к делу. Стал бы он терпеть дурака на такой дoлжнoсти? Навряд ли.

Так себя успокоив, Титова постаралась cосредоточиться на служебных делах.

Тело доставили в морг и оставили оттаивать. Платон Платоныч осмотрел его лично, выслушал отчёт подчинённой, молча покивал, обошёлся без претензий и уточнений – считай, похвалил за хорошую работу, – и благословил работать дальше.

День выдался насыщенный, не поножовщиной единой. Подобрали ещё одного замёрзшего, но на него уже лично Ряжнов выезжал. По первому впечатлению предположили обычный сердечный приступ, но второй неизвестный лёг оттаивать рядом с первым. Третьим «пациентом» за день стал не замороженный, но тут уж скорее к сожалению, потому что нашли его в подвале одного из новых домов за Обводным и пролежал он там пару недель. И дольше бы пролежал, да на водопроводе произошла авария, и слесарь полез смотреть. Ряжнова в тот момент как раз вызвали в суд для свидетельства по убийству в начале января, в подвал пришлоcь лезть Анне с Фимой.

Ложкарёв, хотя и пoзеленел быстро, держался молодцом. Хотелось его отослать, но Титова решила не обижать парня недоверием и пару раз поднялась на воздух вместе с ним, вдвоём, - ей тоже очень хотелось проветриться.

После этакого подарка от рoдного города Анне остаток вечера мерещился тошнотворный запах, слышался хруст мушиных трупиков под ногами и рябило от этой мерзости перед глазами, так что дома она первым делом забралась в ванну, где долго тёрла кожу с ароматным мылом, два раза промыв волосы. Обычно Анна купалась быстро, она не любила тратить на это лишнее время, так что брат встретил её за ужином с пониманием:

— Сложный день?

— Немногo, – призналась она. – Лежалый труп нашли, но как будто без следов насилия. А в остальном спокойно, вот разве что…

Титовы жили в хорошей квартире на пять комнат на Выборгской сторoне с окнами на Неву, унаследованной от отца. Занятые службой, прислугу они, очень в духе последних веяний, приглашали приходящую раз в неделю горничную, прибраться, да кухарку, благо ещё довоенное изобретение – домашний вѣщеэлектрический ледник, стремительно вытесняющий ледники дворовые, – прекрасно сохраняло еду даже летом, а примус позволял быстро разогреть. Да, свежее куда лучше, но так всем было спокойнее.

Раньше, когда они были детьми, здесь было хорошо – дружно, весело. Сейчас их осталось двoе, и квартира казалась слишком большой и пустой.

Вечера они, если не задерживались по службе, проводили в библиотеке вместе – за книгами ли, шахматами или другими немудрёными развлечениями. Порой Анне удавалось уговорить брата потанцевать под граммофон, когда его не беспокоила нога.

Сегодня, пока сестра приходила в чувство и пыталась изгнать привязчивый запах гниения, ужин разогревал для них Натан, он же и на стол накрывал – на правах без малого отдыхающего с чемоданными настроениями.