Книга Ты мое наказание, страница 78 – Полина Зорина

А как он распорядится этими знаниями — его дело.

— Это касается тебя?

— В какой-то мере…

— Мне плевать на тебя и на все, что с тобой связано. Если бы я мог, я бы стер тебя из памяти. Надеюсь больше никогда тебя не видеть.

— Влад, у нас будет…

— Прочь пошла! — оборвал меня на полуслове, не дав сказать главного. — Ты мне противна!

Я не помнила, как вышла из кабинета, как шла куда глаза глядят по подтаявшему снегу. Слезы застилали глаза, делая мир размытым. В висках пульсировала боль. В низу живота неприятно тянуло как при месячных.

А потом я почувствовала что-то теплое по ногам.

Так не должно быть. Ребенок…

Я достала телефон позвонить в скорую, но меня повело, я пошатнулась и схватилась за стену, чтобы не упасть.

Каким-то чудом сохранила равновесие, привалилась к стене и отдышалась. В голове было мутно, в ушах звенело. В глазах начало темнеть. Еще немного и я отъеду.

Я схватила за рукав прохожего, толком не рассмотрев кто это:

— Вызовите скорую, я сейчас потеряю сознание. Мой ребенок… — договорить я не успела, сползла по стенке и упала на тротуар.

Я пришла в себя в скорой, но все, что происходило потом, помню смутно. Как будто-кто стер ластиком часть воспоминаний. Помню только, как испугалась, когда увидела кровь на джинсах, как умоляла доктора спасти ребенка.

Как только немного пришла в себя, написала маме.

Коротко сообщила, что меня забрали на скорой с угрозой выкидыша.

От ответа матери я похолодела:

«Я Бога молила, чтобы ты скинула. Все к лучшему».

Я отвернулась к стене и стиснула зубы. Ну а на что я надеялась? Что она примчится ко мне, чтобы поддержать?

Она не спросила ни как я себя чувствую, ни что привезти.

А я и не стала ее просить.

Душевная боль понемногу отступила, и я написала Владу. Не тому. Соседу.

«Я в больнице, привези, пожалуйста, вещи. Если не трудно. А то я с мамой поссорилась».

Владик ответил сразу. Начал трезвонить. Но я сбросила вызов. На меня накатила такая слабость, что мне было трудно говорить.

«Говорить неудобно? — догадался он. — Ты как? Что болит?»

«Живот».

И душа.

«Понял. Щас буду. А куда вещи везти?»

«Третья городская. Гинекология»

«А чё там? В терапии места не было?» — начал тупить Влад.

«Живот — это не только желудок и кишки. Понял?»

«А-а-а. Если честно нет. Потом расскажешь. Пиши список чё надо»

Владик приехал через два часа. В отделении уже был отбой, но нам разрешили тихонечко посидеть в холле.

— Смотри, я тебе халат привез. Бабкин. Другого не нашел. Он не очень модный, но зато чистый, — развернул велюровый халат какой-то совершенно дикой расцветки. — Понюхай, если не веришь.

Я замотала головой.

— Тапки батины. Он все равно в рейсе, вернется через месяц. Немного большеваты, зато давить не будут. Кружка, ложка, тарелка. Зеркальце у сестры спер. Расческа ее же. Щетку и пасту купил. Мать тебе пюре с котлеткой передала, вот еще горячие, — вытащил судок, завернутый в полотенце. — Сказала при гастрите можно такое.

— Спасибо.

— А что у тебя болит? Я понял, что не кишки.

— Беременна я.

— Как беременна? — Владик ошалело посмотрел на меня.

— Вот так. Как беременеют.

— А что с беременностью в больницу кладут?

— Да. Если все не очень хорошо.

— А у тебя как?

— Относительно нормально.

— Фух. А папаша где? Если ты попросила меня привезти вещи, то он или не знает или забил на тебя болт.