Книга Измена в 45. Я болею тобой, страница 20 – Татьяна Тэя

Я усмехаюсь.

Раздражение из меня так и прёт.

Прилизанный ласковый голос Дениса сейчас вызывает во мне отторжения.

Я люблю мужа. Очень сильно люблю. Поэтому и предательство переживаю, как гибель всего живого, что есть в моей жизни.

Она замирает… просто в двух точках: в первой, Валерия пришла в мой кабинет, во второй, я узнала, что муж нагулял ребёнка.

— Спасибо, но нет, – мотаю головой, хоть Сотников и не видит. – Я уже сама не хочу. А Феде, да, уже лучше.

Денис коротко рассказывает, как долетел, какие планы на вечер, что будет делать завтра. И у меня такое ощущение, что он будто отчитывается.

Так ведут себя виноватые мужья. Они создают видимость нормальности!

Наконец, мы прощаемся, и я думаю, а не сглупила ли я, отказавшись вылететь в Сочи. Посмотреть бы стоило, как он начал бы крутиться, когда бы я согласилась к нему отправиться.

Встав, я иду на кухню, заглядываю в холодильник, думая, что надо сделать обед парням. Растущие организмы, увлечённые спортом, едят как в не себя.

Да и готовка иногда – хороший способ отвлечься.

После я запираюсь в спальне и звоню подруге.

— Рая?

— Да? Что такое? – снимает она трубку.

— Слушай, а помимо твоего чудесного айтишника, нет ли у тебя ещё и номера чудесного частного детектива?

Пауза затягивается.

— Всё так серьёзно?

— Возможно, – вздыхаю я. – Очень надо.

— Я… я поспрашиваю. Лично у меня нет, но, кажется, я знаю, у кого можно уточнить. Пришлю номер сообщением?

— Давай.

Подруга молчит, наверняка, нижнюю губу покусывает. Есть за ней такая привычка.

— Рита, ты только глупостей не наделай.

— Все глупости уже сделаны, Рая. Теперь надо с ними разобраться.

Новое потрясение настигает меня уже вечером, когда Вася присылает распечатки звонков. Внезапно, но ожидаемо, номер Дениса тоже светится в списках.

Он нечасто, но встречается.

У этих двоих точно не активное общение, но иногда оно происходит.

Вот, например, он звонил ей на прошлой неделе. А в том месяца, она три дня подряд долбила ему на телефон.

Сообщения, звонки… контакт есть.

Я накрываю лоб ладонью, и не понимаю ни черта, что мне делать.

Тихо развестись?

Устроить мужу Армагеддон?

Довериться Анохину?

Или не доверят уже никому?

На часах около девяти, чтобы спать – слишком рано, а чем заняться – я не понимаю. Всё из рук валится.

Да и не могу отвлечься от мыслей о Денисе. Он должен вернуться только завтра. Что делать, я так и не решила. То ли в лоб спрашивать, то ли компромат набирать и идти в суд уже с доказательствами его измены. А что мне это даст?

Я не юрист, но знаю, что судьям по большему счёту плевать на моральную составляющую. Их личные перипетии взаимоотношений истцов и ответчиков не волнуют. Сделают так, как положено по закону, а этические нормы – дело десятое.

— Давай-давай, наваливай! – доносится из комнаты Феди.

Мальчишки играют в плейстейшн. Сыну стало лучше. Крепкий молодой организм быстро поборол вирус, теперь восстанавливается, но на тренировки его всё равно не пущу. Знаю, чем чревато – нагрузкой на сердце. Сама я себя не уберегла, после гриппа и ангин сразу бежала в бассейн. И как итог – испортила себе и карьеру, и здоровье.

— Да… ть… – долетает до меня, и я морщусь.

Да уж… мои мальчики иногда и сквернословят. Конечно, мы все такие были. Я и сейчас ругнуться могу. Вот, например, Дениса мне сейчас хочется обложить трёхэтажным матом! Но при нас и на людях парни всегда держат марку, а во время игры… вылетело, с кем не бывает.