Книга Измена в 45. Я болею тобой, страница 47 – Татьяна Тэя

Он внезапно разворачивает меня спиной и начинает мягко массировать плечи.

Я чувствую, как скованность тает, но зато приходит другая эмоция – желание, которое я так старательно пытаюсь подавить.

— Такая напряжённая, Марго… кругом зажимы.

— Хватит строить из себя массажиста, – отвечаю со смешком.

— А раньше тебе нравилось.

— Да мне и сейчас нравится, – признаюсь, чувствуя, как его пальцы мягко разминают лопатки, скользят по обтягивающей форме до талии и пощипывают бока.

Это так приятно, и я не могу не реагировать на его прикосновения.

Денис притягивает меня к себе, и в этот момент я ощущаю, как между нами снова возникает та искра, которую, как я считала, уже никогда не почувствую. Он наклоняется и целует меня в шею, и я понимаю, что, несмотря на весь груз ситуации, муж всё еще возбуждает меня. Я пытаюсь блокировать это желание, но это не так-то просто. Внутри меня настоящий ураган из противоречивых чувств – нежности, гневи, страсти.

Не знаю, как с этим справиться, но одно ясно: я снова начинаю чувствовать себя живой.

— А когда едем? – спрашиваю чуть сбивчиво. – Не обратила внимание.

— Послезавтра.

— Так быстро…

— А чего тянуть, – Денис коротко целует меня в мочку уха и отстраняется. – Поехали домой?

— Я освобожусь через час.

— Я подожду, – обещает и идёт к белоснежному дивану, чтобы прилечь на него. – Я тебя, что, смущаю? – приподнимает голову, замечая, что я так и стою, застыв на месте.

— Нет, нет… – отмираю и ухожу в раздевалку, чтобы переодеться, очень надеясь, что Денис не увяжется за мной.

* * *

Два дня спустя мы сидим в аэропорту, мне и хочется, и не хочется ехать.

С одной стороны, приятно сбежать от проблем.

С другой, от таких проблем не бежишь.

Я пью зелёный чай в открытом кафе и смотрю в сторону, куда ушёл Денис. Регистрацию ещё не объявили, а заранее мы её почему-то не прошли, забыли. В Пулково народа много, но аэропорт настолько большой, по сравнению со старым, что толпы как-то не замечаешь. Все равномерно распределяются по терминалу, стойкам регистрации и точкам общепита, которых тут полно.

Неужели нас ждёт три дня спокойствия?

Сама не верю.

Наверное, не такая уж и плохая идея свалить из города и ненадолго притвориться, что всё в порядке.

Я знаю, что адвокаты Дениса уже отправили исковые заявления в суд, и что, когда мы вернёмся разразится Армагеддон.

Но Армагеддон разражается прямо сейчас, когда появившийся будто бы из неоткуда Сотников падает на стул напротив меня.

Невольно я вскрикиваю и тянусь к нему, желая дотронутся до лица.

Губа рассечена, я вижу кровь в уголке рта.

Под глазом начинает набухать синяк.

— Денис, что… что произошло?

Когда муж отмахивается, не отвечает, я требовательно повторяю:

— Денис, мать твою, я не чёртова гадалка-ясновидящая. Что произошло?

Он мотает головой и трогает распухающую на глазах губу, словно поверить не может в то, что это происходит в реальности.

Мы уже привлекали внимание других посетителей кафе. На Сотникова смотрят с интересом и подозрительностью. Да, нечасто в аэропорту встретишь побитых людей. Это ж не вокзал. Обычно тут всё чинно и благородно.

— Ты на меня ругаться будешь или сочувствовать? – хмыкает Денис, видя, что я хмурюсь.

Приходится сделать вдох, чтобы успокоиться.

— Прости, это волнение за тебя.