Книга Измена в 45. Я болею тобой, страница 50 – Татьяна Тэя

— Ага… и ты передумаешь? Нет уж, милая, сейчас.

Денис наклоняется ближе, и его губы вновь находят мои.

Чувствую, как сопротивление слабеет, и, наконец, позволяю себе насладиться моментом. Пусть заботы и трудности останутся в Питере, а здесь есть только мы… хотя бы на три дня.

— Ладно, – шепчу я, когда он отстраняется на мгновение, чтобы посмотреть на меня. – Только не слишком быстро, хорошо?

— Ну… – ухмыляется Денис. – Этого я обещать не могу, Марго. Так что… сначала быстро, потом медленно. Или как ты сама захочешь.

Он подхватывает меня под бёдра и уносит в спальню, чтобы бросить на огромную кровать, из которой мы не вылезаем до следующего утра.

Три дня в Сочи проходят, как второй медовый месяц. Можно ли после двадцати пяти лет брака по новой влюбиться в мужа? Наверное, да… Когда ты близка к тому, чтобы потерять его, особенно да.

Утро перед вылетом мы решили провести у бассейна на нашей вилле. Солнечные лучи приятно согревают, а вода в бассейне сверкает, как чистый брильянт. Я смотрю на Дениса, как он, смеясь, прыгает в воду, и не могу удержаться от улыбки. Его радость заразительна. А его тело – идеально. Бывших спортсменов не бывает. Мы оба подтянутые и энергичные. Мы всегда смотрели в одну сторону, вот и сейчас я знаю, что мы одна команда, одна семья и мы сильны, пока мы вместе.

Нам нельзя по одиночке, иначе всё развалится.

Именно это и пытался сделать Анохин и Валерия – вбить между нами клин.

Сотников подходит ко мне, лежащей на шезлонге, и, словно огромный дикий волк, стряхивает капли воды с волос и тела на меня.

Я взвизгиваю, как девчонка, и отталкиваю его, когда он наклоняется ко мне и прижимается всем своим мокрым и прохладным телом к моему разгорячённому.

— Пшшш… – тянет Денис, посмеиваясь.

И я практически чувствую, как капли воды испаряются с шипением на моей коже.

А потом он подхватывает меня, будто пушинку, и снова уносит в спальню, чтобы заняться любовью перед вылетом в серый Петербург.

* * *

Три недели спустя мы собираемся у частного детектива вместе с адвокатами. У нас что-то вроде большого совета. Атмосфера напряжённая, но деловая. Я смотрю на адвокатов, которые обсуждают детали нашего плана. Словно аккомпанемент невесёлой повестке нашего собрания, за окном лупит дождь.

— Итак, – начинает один из адвокатов, – у нас появилась возможность нажать на Валерию. Она сейчас в сложном положении. И хоть слушанье по установлению отцовства через две недели, в суде уже шепнули, что пришли результаты ДНК.

Суд подключил опеку, чтобы надавать на мать, и Валерии пришлось везти ребёнка на экспертизу.

Я напрягаюсь и во все глаза смотрю на мужа. Денис тоже напрягается и весь подаётся вперёд.

Мне хочется воскликнуть: – И?! – и застучать ладонью по столу, подгоняя адвоката.

— Я документы сам видел, там чёрным по белому написано, что у Дениса Евгеньевича ноль процентов родства с дочерью Зайцевой. Так что… теперь это наш козырь.

Когда я слышу про это, моё сердце замирает на мгновение, а затем странный микс облегчения и нервозности заполняет мою голову. Не могу поверить своим ушам – дочь Валерии не от Дениса. Это открытие словно снимает с моих плеч груз, который я несла с того момента, как Валерия нарисовалась на пороге моей студии.

Внутренний голос шепчет, что теперь всё будет хорошо. Мы сможем восстановить справедливость и вернуть мир и спокойствие в нашу семью. И будем тщательно оберегать её от стервятников, желающих на чужом горбу в рай въехать.