Книга Развод. В 40 с чистого листа, страница 17 – Татьяна Тэя

— Марианна, ситуация изменилась, – с порога начинает Григорий.

— Ой, как интересно, – стучу ложкой о чашку и откладываю в сторону.

— Не ёрничай, – цокает языком и трёт шею ладонью. – Не те обстоятельства.

— Хорошо, сделаю вид, что мне очень интересно.

Приторно ему улыбаюсь, изображая внимание.

— Пелагея беременна, – вываливает на меня без подготовки муж.

Не могу сказать, что его сообщение оставляет меня равнодушной.

Конечно нет…

Внутри загорается и гаснет обида.

У неё получилось то, что не получилось и уже никогда не получится у меня.

Даже если я решусь на ЭКО от неизвестного донора, не факт, что эмбрионы приживутся в моём дефективном организме. Врач мне так и сказал. В клинике я познакомилась с женщиной примерно моих лет, она пережила пять переносов. Пять! И ни один не был удачным. И она шла на шестую попытку. Хотя нет гарантии, что она будет успешной. А организм, прошедший через ударное количество гормонотерапии, ещё непонятно как отреагирует в будущем.

— Пелагея беременна. У неё была угроза выкидыша, – повторяет Григорий.

— Какие слова мы знаем… – подношу к губам чашку кофе и делаю глоток, слегка обжигаясь. Надо было больше молока лить, вот чёрт.

— Это из-за тебя. Ты что-то ей такое сказала, что она разнервничалась и вот…

— Манипуляторша, – бормочу я.

— Что ты сказала? – подходит ближе Григорий, пытаясь заглянуть мне в лицо.

— Манипуляторша, говорю, – повторяю откровенно и смотрю на мужа. – Я ничего ей не сказала. Ничего, кроме правды. Что ты не хочешь разводиться, что я тебя не держу. И если ей угодно увести тебя из семьи, то все вопросы к тебе.

— Ситуация изменилась, – снова талдычит он и добавляет. – Теперь нам надо развестись. Я сам этого хочу. Я хочу жениться на Поле.

— О… – хмыкаю, – как ловко и быстро она тебя обработала.

— Ну вот не надо тут желчь пускать на бедную девочку. Она чуть не потеряла ребёнка. Моего ребёнка. В отличие от тебя, она мне может это дать. А ты нет. Пустоцвет ты, Маря. Пора бы смириться. Да и не семья у нас. Семья – это муж, жена, дети. А у нас что? Так… сожительство.

— Где-то я уже это слышала… – бормочу себе под нос.

Что ж… ловко его марамойка обработала. Признаться, я даже не понимала масштабов притворства. Строит из себя неуклюжую ромашку, а хватка бульдожья. Ай да Пелагея, ай да молодец.

— Так что да… я решил, что нам надо развестись.

— Он решил, – хмыкаю и бросаю взгляд на Григория.

Он какой-то серьёзный, насупленный, решительный. Прям мистер Адвокат Юристович. И пихает мне какую-то бумажку под нос.

— Вот, держи, тебе надо это подписать, и чем быстрее, тем лучше. Прямо сейчас давай.

Он кладёт ручку на столешницу, подталкивая её ко мне.

— Марианна, это в твоих интересах.

Приподняв бровь, перевожу взгляд на документ. Он, что, издевается?

Нет, ну я, конечно, не настолько наивна, чтобы думать, что в этих документах какое-то щедрое предложение для меня. Но чем больше я читаю, тем больше внутри меня нарастает недоумение и злость.

Он, что, за идиотку меня держит?– думаю я, чувствуя, как тошнота поднимается в груди.

Меня в натуральном смысле тошнит от Григория.

Видимо, реально держит, раз думает, что я вот это вот всё безропотно и согласно подпишу!

Каждый пункт, каждое слово кажутся мне ударом под дых. Это просто какой-то грабёж на максималках!