Книга Развод. В 40 с чистого листа, страница 50 – Татьяна Тэя

— Нет. Но он постоянно спрашивает, что случилось. А потом в лоб задал вопрос, почему я в клинику ездила. Не заболела ли. Он же ко мне охрану приставил, вот они и докладывают о моих передвижениях, – морщу нос слегка. – Раздражает, но понимаю, что это ради моей безопасности.

— Может он из этих… гиперопекающих?

— Нет, – отмахиваюсь. – Это точно не про Крылова.

— Следит и хочет знать, каждый шаг?

Задумываюсь и мотаю головой отрицательно.

— Тоже мимо.

Галя вздыхает и следующие слова я воспринимаю серьёзно.

— Раз он в курсе, где ты и что делаешь, лучше тебе с новостями о беременности не тянуть. Доложат ведь и об этом.

Почему-то я не подумала о развитии таких событий.

— Хм… возможно ты права.

Но ощущаю, как мне немного неприятно. Любая помощь должна иметь свои границы. Хочешь обеспечить мне безопасность, отлично, но не надо влезать во все щели моей жизни, если тебя туда не приглашали.

Что поделать, с другой стороны, я сама позволила это Артуру, а он, видимо, уже и берегов не видит.

Галя переводит тему. На её лице появляется заговорщицкое выражение. Ехидненькое такое.

— Слушай, Гордей тут про твоего Пегова сплетни принёс. Ты же понимаешь, что ваш развод не прошёл не замеченным.

На лице моём появляется натянутая улыбка.

— Ты хочешь позлорадствовать? – спрашиваю у Гали. – Если честно, мне уже всё равно. Даже не трясёт при звуке его имени. У меня другие дела есть, более важные, – опускаю взгляд на свой пока ещё плоский живот.

Тут я не лукавлю. У меня реально будто отрезало по поводу развода. Весь фокус внимания сместился только на своё состояние. А Пегов остался каким-то раздражающим фактором, с которым я умудрилась прожить почти пятнадцать лет.

Меня больше отношения с Артуром волнуют. Потому что они выстраиваются очень быстро и очень крепко. Когда его долго не вижу, я скучаю. Когда не слышу, нервничаю.

Иногда напоминаю себе самой шестнадцатилетнюю школьницу, которая волнуется, что понравившийся ей мальчик не позвонит. Или пойдёт гулять с другой.

Мы с Крыловым в вечной любви друг другу не клялись. Но… чёрт возьми… что вообще такое любовь? Из чего она складывается?

Из дружбы? Привязанности? Хорошего отношения? Страсти? Умения смеяться вместе?

Тогда у нас, как любит говорить моя помощница Леночка, «мэтч» по всем направлениям. То бишь совпадение.

Ладно, может, не по всем, но по многим точно!

— Марианночка, а чего ж не позлорадствовать, если повод есть? – оттопырив мизинчик, Галя попивает малый капучино. – Он же тут со своей марамойкой на благотворительный вечер Деловой коллегии припёрся. Демонстрировал её и в фас, и в анфас. И лобызал ручку по самое плечико.

— Это он может…

Он и меня обхаживал. Но мы почти ровесники. А сейчас Пегов с сединой в шевелюре, лобзающий локоток малолетней марамойки, смотрится ну явно не очень. Если не смешно, откровенно говоря.

— И мне тут сорока на хвосте принесла, – продолжает Галя, – что эта марамойка требует от него столько всего! Говорят, она постоянно спрашивает, куда он тратит деньги, что купил для них. И, похоже, не стесняется в своих запросах. Всё ей походы в дорогие рестораны и поездки на курорты подавай. Да чтоб у него от бесконечного столования в «Атриуме» гастрит обострился, – фыркает с чувством.

— Вот как? – говорю я, думая, что всё ожидаемо. – И что, он всё это выполняет?