Онлайн книга «Жизнь после "Жары"»
|
Бумц!! Она приземлилась прямо на пузо Гладиатору, которому в этом падении повезло гораздо меньше, чем ей. Сильно ушибленный при падении, он неловко барахтался на земле, пытаясь встать, и тут же со стоном сморщился от боли в ключице. — Слава, ты сильно ушибся? — осведомилась подошедшая к нему Никки. Гладиатор, с трудом приняв вертикальное положение, ощупывал запястье вывихнутой руки. — Это идиотизм, — процедил он сквозь зубы, — Это форменный идиотизм — лезть в окно, когда можно было позвонить в дверь… — Да? Ты издеваешься? — воскликнула Олива, — Он же мне не откроет! — А окно он тебе откроет! — язвительно проговорил он, — Представляю: Салт там сидит и ржёт. Стопудово он всё слышит и просто валяется с нас… — Блииин! — Олива схватила себя за волосы, — Нет, но надо же как-то влезть в это чёртово окно! По-любому надо! — Я больше не полезу, — наотрез отказался Гладиатор. Внезапно на дороге показался приближающийся к ним Ярпен. Олива сердито шикнула на него: — А ты что тут делаешь? Ты же должен там стоять, его стеречь! — Оля, бесполезняк. Его там нет! — Чёрт. Как это нет? — она досадливо пнула крапиву, пытаясь найти в ней соскользнувший с ноги при падении шлёпанец, — Он что — на работу не пришёл, что ли? — Иди, проверь. Там реально никого нет, офис закрыт! — Закрыт, говоришь... Ну что ж, ладно, — сквозь зубы процедила Олива, выворачиваясь из крапивы, — Всё равно этот гад от меня так просто не скроется. Весь Архангельск переверну вверх дном — а поймаю его! — Я в этом больше не участвую, — отрезал Гладиатор, — На самом деле, Оль, насильно мил не будешь... — И что ты предлагаешь? Оставить его подлость и враньё безнаказанными? — Жизнь накажет, — потирая ключицу, отвечал он. — Нет, Слав. В том-то и дело, что жизнь таких, как он, не наказывает, — с горечью произнесла Олива, — Знаешь такую поговорку: «говно не тонет»? Вот это про него. Ребята вышли на трассу, и все молча отправились к автобусной остановке. Где-то за деревянными бараками визжала лебёдка. За остановкой на пустыре какие-то гопники с бритыми лбами и в одинаковых адидасовских штанах с лампасами сидели с пивом на кортах, грызли семки. Из покоцанных «жигулей», пришвартованных там же, бумбасил речитатив какого-то местного рэпера. — Э, слышьте? Вы с какого района? — лениво окликнул сзади кто-то из гопников. Гладиатор и Ярпен молча пошли дальше. Никто из их компании даже не повернул головы. Глава 53 Салтыков не спал всю ночь, размышляя, как ему теперь выпутываться из этой ситуации. Он проторчал в Питере почти две недели — больше не мог, так как истекали последние дни его отпуска, да и денег почти не оставалось. В Питере он спустил по ветру всё, что у него было с собой: развлекался там на полную катушку, шлялся по всяким диско-барам, цеплял девчонок, ездил и в Петергоф, и в Павловск, и на Финский залив кататься на белом теплоходике. В Архангельск ему возвращаться не хотелось; тем более, Салтыков, регулярно получавший оттуда информацию о текущем положении дел, конечно же, знал, что Олива всё ещё там. Но другого выбора у него не было, и он, скрепя сердце, вернулся в Архангельск, в глубине души понадеявшись на русский авось, тем более, до него дошли слухи, что она помирилась с Сорокдвантеллером. «Если она действительно вновь сошлась с этим членистоногим, то мне это даже на руку, — думал Салтыков, — Может, хоть теперь она от меня отстанет и не будет более меня преследовать». |