Книга Ты предал нашу любовь, страница 34 – Полина Рей

Глаза Гуляева сверкнули.

— Ты обнаружила в квартире что-то, что тебя травит? – потребовал он ответа.

Я могла начать блефовать в совершенно разных направлениях. Например, заверить Макса, что мне показалось и я просто подозреваю Хасанову. Или соврать, что отдала возможный источник с ядом на независимую экспертизу. Но я просто молчала.

— Варя, это очень важно… Я сильно запутался в происходящем. Я уже ничего не понимаю! Мне только кажется, что меня душат со всех сторон, а я не могу выпутаться…

Откровения Гуляева, возможно, в любой другой ситуации меня бы даже тронули. Но не сейчас. Не в тот момент, когда всё было яснее ясного – он сам привёл и себя, и меня в эту паутину. Сначала лжи – потом угрозы в принципе расстаться с жизнью.

— Макс, послушай меня… Это действительно очень важно, но только то, что скажу тебе я. Мы разводимся. Никакого ребёнка не будет. Нашу квартиру мы делим и разбегаемся. И если тебе нечего мне сказать… например, хоть как-то объяснить, почему ты был рядом с нелюбимой женщиной столько лет, то на этом беседа закончена. Всё остальное – через адвокатов!

Договорив, я подошла к двери и распахнула её. Вот бог, а вот порог, как говорится. Мне было глубоко плевать на то, что Максим, вкусив свободы от отношений с женой и потенциальной несвободы с Динарой, запутался и начал изворачиваться. Гулять с другими бабами, избегать семейной жизни с Хасановой. Мне просто нужно было, чтобы он больше не появлялся рядом. Ни он, ни его новые женщины.

— Я любил тебя, Варя… искренне любил… Сейчас я это отчётливо понимаю. Там не любовь, – махнул он куда-то в неопределённом направлении, – там страсть, огонь… И они уже потухли. Да, я люблю Дамира, своего сына, но этого недостаточно для того, чтобы жить с его матерью…

— Стой! Стой, Гуляев, хватит! Мне глубоко насрать, прости за мой французский, какие чувства у тебя к кому есть! И засунь свои признания в любви в задницу или куда поглубже. С тем, во что ты меня погрузил, я разберусь сама…

Максим вскочил и дёрнулся ко мне. Даже грешным делом показалось, что он сейчас схватит меня и начнёт доказывать, насколько сильны его чувства. Но Гуляев лишь остановился в полуметре и проговорил:

— Я не хочу, чтобы ты пострадала, Варя… Когда я говорил, что ты можешь о чём-то пожалеть, я не угрожал тебе! Но знал, что Динара способна на многое…

Фыркнув, я невесело рассмеялась. Очень вовремя он говорил мне об этом.

— Ты был с Хасановой у нас в квартире? – потребовала я ответа.

И Гуляев, в принципе, мог промолчать, ведь только по тому, как Макс стушевался, стало понятно, что он водил Динару к нам.

— Был, – глухо проговорил он.

— Зачем? У неё в наличии заводы, пароходы, квартиры и коттеджи… Зачем ты приводил её в нашу конурёшку?

Гуляев поджал губы и отвёл взгляд. Мне было мерзко от самого осознания, что этот человек настолько близко. И речь шла не только о том, где сейчас физически находился Макс. Я чувствовала отвращение от того, что муж столько лет был у меня глубоко под кожей. А сейчас это ощущение словно бы выходило с холодным липким потом, от которого хотелось отмыться как можно скорее.

— Ей хотелось переспать со мной на нашей супружеской постели, – прошептал Гуляев, и к моему горлу снова подкатила тошнота.

Только вовсе не отрава в кофе, или где бы то ни было, являлась тому виной.