Книга Единственный, страница 37 – Люси Дарлинг

— Потому что это он приказал Авелю забрать меня?

— Думаю, у Чёрча уже был свой план, — она жестом указывает на одежду.

— Он с самого начала планировал меня похитить. — Райли отводит взгляд, ее глаза блуждают где угодно, только не на мне. — Райли.

— Что? — пожимает она плечами. — Что ты хочешь, чтобы я сказала?

— Не знаю, — снимаю несколько вещей с вешалки, чтобы одеться.

— Эти мужчины... они другие, — вот все, что она говорит.

Ее слова попадают в точку. Она не неправа. Авель — мужчина особого склада, но разве не эти его особенности заставили меня так сильно в него влюбиться?

— Он пытает людей, — бормочу я, натягивая спортивные штаны. Я все еще не могу примириться с мыслью, что мой нежный, заботливый, внимательный Авель — тот же человек, которого эти люди зовут Чёрчем.

— Некоторые люди заслуживают пыток, — Райли снова пожимает плечами, словно в этом нет ничего особенного. Она подходит к комоду и открывает ящик с лаками для ногтей. — Хочешь сделать маникюр и педикюр? — она что, серьезно? Она предлагает мне красить ногти, пока Авель, возможно, где-то отрывает их кому-то другому? Я захлопываю ящик. Она и правда часть этого мира. — Значит, нет?

— Мой отец — один из тех, кого он пытал?

— Я не задаю таких вопросов, — она поднимает руки. — Некоторые вещи лучше не знать.

— А если бы это был твой отец?

— Да, это сравнение, наверное, для тебя не работает, — Райли даже смеется.

— Что это значит?

— Скажем так, Николай и Маттео позаботились о том, чтобы я осталась последней из О'Хэйров, теперь, когда моя сестра замужем. Скоро и мое имя исчезнет, когда я выйду замуж. И О'Хэйры исчезнут совсем.

Райли не звучит расстроенной из-за этого.

— Мне надоело получать информацию по крупицам.

— Ладно, теперь ты одна из нас, — говорит Райли и пускается в рассказ о том, как сошлись ее сестра и Маттео, что, в свою очередь, свело ее и Николая. Когда она заканчивает, становится лишь яснее, что да, эти мужчины сильно отличаются от других. Особенно когда дело касается их женщин. Но чего я не понимаю, так этого, что это значит для меня. — Эти мужчины берут то, что хотят. Они собственники.

— Безумцы? — добавляю я.

— Думаю, Чёрч — больший безумец, чем большинство.

Я закрываю глаза. Нужно быть безумцем иного уровня, чтобы быть способным пытать людей.

— Эй, — Райли толкает меня, заставляя снова открыть глаза. — Мой мужчина и сам немножко безумен. Не просто так он и Чёрч ближе друг к другу, чем с остальными.

— А где твой мужчина? — спрашиваю я, выходя из гардеробной.

Райли следует за мной.

— Он и Чёрч разбираются кое с кем.

Я останавливаюсь и поворачиваюсь к ней.

— Кое с кем? То есть с моим отцом?

— Возможно? — она кривится, не желая мне в этом признаваться.

— Они уехали?

— Не думаю, что они оставят нас одних.

Значит, они все еще здесь. А это значит, что мой отец, выходит, тоже здесь.

Я направляюсь к двери. Ожидаю, что она заперта, но она открывается. Должно быть, он оставил ее незапертой, чтобы Райли могла подняться.

— Энджел!

Райли бросается за мной, когда я спускаюсь по лестнице. Дверь склада тоже открыта. Машина Николая припаркована перед ней рядом с машиной Авеля, но их самих нигде не видно.

— Где они?

— Мы, скорее всего, не хотим этого знать.

Она хватает меня за руку, пытаясь увести обратно наверх, но я вырываюсь и начинаю осматриваться. Я замираю, обнаружив бетонную лестницу, уходящую под землю. Словно кто-то специально вырыл котлован, чтобы построить этот подвал. Внизу — металлическая дверь.