Книга Рождённые во грехе, страница 19 – Люси Дарлинг

— Маттео.

Я издаю стон, завладевая ее ртом. Она скользит руками по моей груди, обхватывая меня за шею. Мой язык ласкает ее. Я приподнимаю ее платье, чтобы оно не мешало, и подвожу ее к краю стойки.

— Обхвати меня ногами, кролик.

Мона делает, как я говорю, прижимаясь киской к моему члену. Сжимаю ее бедра и покачиваю, заставляя тереться об меня. Чувствую жар ее возбуждения через штаны.

— О, — стонет она.

Я продолжаю двигать ее вверх и вниз по своему члену. Мой рот скользит вниз по ее шее. Было бы так просто просунуть пальцы в ее трусики и оттянуть их в сторону. Засунуть свой член в тугое влагалище. Одной этой мысли достаточно, чтобы заставить меня кончить.

Мона тоже издает стоны удовольствия, кончая вместе со мной. Прижимаюсь губами к ее шее, не желая пока отпускать ее.

— А теперь ты скажешь, чтобы я замолчала и пошла спать?

Я улыбаюсь, уткнувшись в ее шею, радуясь, что она этого не видит. Не знаю почему. Я должен перестать бороться с этим. Я уже проиграл. В последний раз целую ее в шею.

— Я подумала, может быть... — Мона морщит нос.

— Что?

На ее руках розовые и золотые блестки. Какого черта она меня спрашивает? Откуда мне знать, о чем она?

— Это зависит от тебя. — Она кладет руку мне на плечи, придвигаясь обратно, но не сильно. — О. — Как будто в ее голове щелкает какой-то переключатель.

Она внезапно толкает меня в грудь, и я отступаю назад только из-за выражения ее лица.

— Какого черта?

— Ты такой придурок! — не могу этого отрицать. — Ты был с другой девушкой, а потом приходишь сюда и делаешь, — она широко разводит руки между нами, — все, чтобы тут не произошло со мной, — в ее голосе не только гнев, но и обида в глазах.

Понятия не имею, о чем, черт возьми, она говорит.

— О чем, черт возьми, ты говоришь?

— Я не дура. — Она прищуривается, глядя на меня. — Я знаю, ты так обо мне думаешь. — Она делает свой выпад, ссылаясь на то, что я сказал ей, когда был зол, и попадает в точку. — Но я всю жизнь росла среди таких мужчин, как ты. Я знаю, что происходит за закрытыми дверями, — продолжает она.

— Мона. — Тот единственный момент гнева, который у меня был, теперь терзает меня. — Успокойся. — То, насколько она взвинчена в этот раз, отличается от всех остальных.

— Ты только что сказал мне успокоиться?

Возможно, я не слишком хорош в том, что между нами — чтобы это, черт возьми ни было.

— Просто держись от меня подальше. — Она спрыгивает со стойки и пытается меня обойти.

— Этого не будет — Я разворачиваю ее спиной и захватываю в ловушку руками.

— Тогда ладно. Где ты был до того, как вернулся сюда?

Я замечаю, что она не называет это домом. Я, черт возьми, не знаю почему, но теряю свой гребанный рассудок.

— Я так и думала.

— В стриптиз-клубе. — Осознаю, как это прозвучало, как только слова слетают с моих губ.

— Все так. — Закрываю глаза и делаю глубокий вдох.

— Подвинься.

— Ты сводишь меня с ума.

— Подвинься.

— Нет.

Ее губы приоткрываются, и на лице появляется умоляющее выражение.

— Пожалуйста.

Я отступаю назад. Это последнее, что я хочу делать, но думаю, что могу сделать только хуже, если не дам ей немного пространства.

— Мона.

— Это не имеет значения. — Она опускает голову, когда проходит мимо меня.

Я смотрю ей вслед, зная наверняка одно. Она значит для меня больше, чем что-либо и кто-либо когда-либо значил.