Книга Прошла любовь?, страница 44 – Галина Осень

— Давай, разведчик, доложи всё Сергею, — усмехнулся Тимофей, втайне гордясь сыном и отцом.

Потому что синяки на лицах и телах задержанных говорили о том, что захватить подростка и старика было совсем непросто. И Илье тоже пришлось вспомнить навыки спортивной молодости.

* * *

Маша то металась по комнате, то надолго застывала у окна, выходящего на дворовый проезд. Машины мужа всё не было. Звонить и отвлекать Тимофея от операции Маше не хотелось. Понимала, что там каждая минута имеет значение. Поэтому она просто крепко сжимала телефон в руке, ожидая звонка и молясь о благополучном исходе.

Тишина в квартире была просто оглушительной. Маша выключила телевизор, боясь не услышать звонок. Хотя, как его не услышишь, если телефон в руке. Но нервы заставляли делать глупости.

Когда долгожданный звонок всё же раздался, Маша даже вздрогнула. Звонил свёкор, чего она совсем не ожидала.

— Маруся, всё хорошо, милая! — бодро прокричал он в трубку. — Ромка со мной. Этих идиотов всех повязали! Сучку Загребную в первую очередь! Тимофей там распоряжения раздаёт, а я вот тебе решил отзвониться. Знаю, что паникуешь уже.

— Спасибо, Илья Тимофеевич! Спасибо! — с жаром поблагодарила Маша. Ей главное было узнать, что с Ромкой всё в порядке.

— А Рома далеко?

— Да здесь он, уже руку тянет к телефону. Сейчас ему передам, — даже через телефон было понятно, что дед улыбается.

— Мам! Мам! Всё хорошо! Я жив, здоров. И мы с дедом едем домой. Не плачь!

— Откуда ты знаешь что плачу? — сквозь слёзы улыбнулась Маша.

— Потому что тебя знаю и по голосу слышу, — Ромка хмыкнул. — Правда, всё хорошо. Скоро будем!

— Понимаю, сынок, жду!

— Мы с дедом будем и с отцом, наверное, — предупредил Ромка.

Вот теперь Маша по-настоящему закрутилась. Кинулась на кухню: сынок едет после такой передряги! Чем-то вкусным надо его угостить, угодить, обрадовать! Благо Маша из тех хозяек, что делает многие заготовки заранее. Привычка такая: купила продукты и сразу рассортировала и расфасовала так, как надо, подготовила порции и нарезки.

Ромка любил говядину, отбитую и запеченную с овощами. У Маши были готовые пласты, только разморозить и отбить. Потом, пока мясо готовится, можно сделать так любимую сыном воздушную толчёнку и открыть банку домашнего вишневого компота. Ничего особенного, но эти блюда любит сын, и Маша сделает их для него.

За готовкой пролетело время, и звонок в дверь застал Машу почти врасплох. Кинулась в прихожую, на ходу вытирая руки о фартук. Открыла дверь рывком.

— Мамочки?! — вырвалось невольно.

Ромка, который стоял впереди сразу и «похвастался» огромным синяком под глазом и стёсанной до крови скулой.

— Сынок! — кинулась к нему, обнимая, ощупывая, страшась найти худшие повреждения.

— Мам, да чё ты?! Нормально всё! Не болит даже. Вон у папки и у деда ещё больше отметок.

Маша перевела взгляд на мужчин, которые терпеливо ждали её внимания. Они и правда выглядели сильно потрёпанными.

— Заходите, умывайтесь или мойтесь, как вам лучше, и за стол! — засуетилась Маша.

У неё даже мысли не мелькнуло как-то отказать мужу в приюте, а свёкру тем более. Оба мужчины, она понимала, многое сделали для освобождения Ромки, и выказывать, пусть даже виновному мужу, своё недовольство, было бы чёрной неблагодарностью.