Книга Няня для дочери тирана. Стань моей мамой, страница 42 – Валерия Даль

Подперев рукой подбородок, смотрю в окно. Анька все понимает. Если я молчу, то это нечто из ряда вон, скорее даже предвестник катаклизма или апокалипсиса.

— Помнишь, как в той песне? – начинаю говорить. – Было, было, было, но прошло. Ладно, пора проветриться, – решаю я. – Поехали в кейтеринг, хоть бумажки посмотрю.

— Ну поехали, – кивает подруга. – Может, и сегодня Машка тебя искать будет.

Да не в этом же дело! Я действительно засиделась дома. Уже все обдумала, все пережила, можно и поработать. И вообще, я просто опьянела от свежего воздуха, от новых впечатлений, вот так и получилось. В любом случае сейчас я уже трезва и больше никакому снобу не позволю усыпить мою бдительность. Пусть катится со своими проверками куда подальше или отыгрывает свое женоненавистничество на ком-нибудь другом.

Михаил

— Папа! – Машкин голос бьёт по больной голове. – Где Соня?

— Она уехала, – смотрю на расстроенную дочь и, взяв черт знает какую по счету чашку кофе, сажусь за стол.

Я не думал, что она уедет. Вчера, когда вышел из бани, думал, что Софья дуется в комнате, но было слишком тихо. И я не выдержал, зашёл посмотреть. Ни Софьи, ни ее вещей не было. И телефон отключен.

Что-то, похожее на совесть, кольнуло на секунду в груди, но тут же погасло. Ждёт, что я помчусь за ней и буду петь серенады под балконом? Увы, Ромео из меня никудышный. Да и возрастом я постарше его на целую жизнь, поэтому романтические бредни – это не ко мне.

А сожаление-то какое было у Софьи… Как будто мы в средневековье и я опорочил несчастную девицу. Это был просто секс, люди им занимаются в наше время как спортом. Без сожалений, без привязанностей и… без любви. Вот мы захотели им заняться и занялись. Было же все отлично, нам обоим понравилось.

И, как я сказал прямо, Софья сама была не против. Так зачем потом было устраивать этот концерт с обидами и бегством? Чтобы я на коленях вымаливал прощение? Староват я для подобного, артрит начинает мучить, так что это тоже не ко мне.

— Почему уехала? – Маша так и стоит в дверях, глядя на меня.

— Потому что… – вот и не объяснишь же ребенку, а ложь она почувствует.

— Ты обидел Соню? – от этого вопроса я даже давлюсь кофе.

Вот точно мой ребенок. Интуиция у нее на грани экстрасенсорики. Только моя почему-то молчала рядом с Софьей. Сколько ни наблюдал, сколько ни прислушивался к своему шестому чувству – ничего. Поэтому сомнения и терзали меня ещё больше.

Не верю я, что женщина может так восхищаться простыми вещами, тем более в деревне. Если бы я хоть одну свою бывшую сюда привез, то никто бы даже из машины не вышел, боясь испачкать брендовую обувь или зазязнуть шпилькой в грязи.

Да, люди разные, но такой детский восторг для взрослой женщины… Что-то не укладывается у меня в голове. Ещё и чертова интуиция молчала, от этого возникало неприятное ощущение, что мной манипулируют.

А если я всё-таки ошибаюсь? Вот только угрызений совести мне сейчас не хватает для полного счастья. И дочь смотрит с таким осуждением, будто я совершил государственную измену.

— Мария, я сколько раз тебе повторял, – не даю прямой ответ, – мы не в ответе за то, как человек реагирует на слова. И если Софья на что-то и обиделась, то это ее эмоции. И вот сейчас ты на меня смотришь с обидой, как будто я Софью выставил за дверь. Но я этого не делал. Выбор уехать – это исключительно выбор Софьи.