Книга Няня для дочери тирана. Стань моей мамой, страница 44 – Валерия Даль

— И что с Аллой не так? – спрашиваю я. – Она тебя бьёт? Обижает?

— Нет, она хочет стать моей мамой.

Господи, женщины… Лишь бы поудобнее устроиться.

Михаил

— Мария, – говорю серьезно, даже немного строго, – мне скоро нужно будет уехать на пару дней, и времени искать новую няню у нас нет, так что придется тебе потерпеть Аллу до моего возвращения, а там поговорим и будем что-то решать.

Дочь тяжело вздыхает, будто на ее маленькие плечики опустились все тяготы мира, и нехотя кивает. Я не думаю, что Маша решила оговорить няню. Скорее всего, что-то услышала, может, неправильно поняла. Софья тоже заводила разговор об Алле, значит, Маша с ней первой поделилась. А это… Кажется, я начинаю ревновать дочь.

— А мы же поедем к Соне? – снова заводит Машка эту песню. – Надо вернуть ей заколку.

Ох, не в заколке же дело, но предлог найден.

— Я завтра буду поздно, – отвечаю, хотя вот прямо сейчас, как только мы въезжаем в город, чуть сам не поворачиваю в сторону ее дома.

Какое-то ощущение неправильности происходящего засело где-то на подкорке и не хочет покидать, хоть я и почти предугадал развитие событий. Правда, не думал, что Софья в ночь сорвётся в город.

— Работы много, пап? – сразу печалится моя девочка.

— Много, – киваю. – Лучше подумай, чем сегодня займёмся.

Слава богу, я отвлекаю дочь от разговоров о Софье. А то это уже у Машки как навязчивая идея, и мне подобное совершенно не нравится. На вечер я сам отключаю телефон, мы играем в настольную игру, смотрим фильм, пока дочь не засыпает у меня под боком. Отношу ее наверх, укладываю на кровать, и Машка сквозь сон мне шепчет:

— Я люблю тебя, папочка.

— И я тебя, – тихо отвечаю, накрывая ее тонким одеялом.

Несколько минут стою в комнате, улыбаясь. Вот только здесь, когда мы наедине с Машей, я могу дать волю своей сентиментальности. В другом месте, с другими людьми нельзя. Только покажешь хоть малейшую слабину – ударят именно туда и сожрут.

Утром, пока дочка ещё спит, приезжает Алла. Открываю дверь и пропускаю расточающую улыбки и радостные взгляды женщину в квартиру.

— Ой, как кофе пахнет, – говорит она, поздоровавшись. – А можно и мне.

— Где кухня, вы знаете, – указываю кивком. – Я поехал. Буду поздно. Если что, звоните.

Раздаю стандартные инструкции и подхватываю пиджак с дивана. Сейчас, после разговора с Софьей и дочерью, я присматриваюсь к няньке. Первые дни на нее вообще не обращал внимания. Точнее, на ее поползновения в мою сторону, а теперь ловлю себя на мысли, что дочка, кажется, была права.

— Конечно, Михаил Дмитриевич, – едва не с придыханием произносит.

Кажется, дамочка действительно пошла в наступление. Когда вернусь, надо будет отправить ее обратно на биржу труда. Мне такое счастье под боком не надо, тем более Маша явно недовольна.

По ещё полупустому городу еду в офис. И ведь думал же, что приеду первым, хотел в тишине разобрать накопившиеся за эти дни дела. Ничего срочного и экстраважного, но не люблю, когда копится. Только я не первый. Машина Гены уже стоит здесь, я паркуюсь рядом и сразу направляюсь к нему в кабинет.

— Доброе утро, – говорю в открытую нараспашку дверь. – Ты что так рано?

— Тебя жду, – Гена поднимается из-за стола.

Наши голоса разносятся по пустым коридорам, где только в другом конце офиса слышится плеск воды – уборщица моет полы.