Книга Фея для ректора, страница 89 – Ольга Райская

— Каррина… — продолжал искушать меня Вик.

— Да… Да… — шептала ему я, всячески поощряя к более смелым действиям, которые мне нужны были нисколечко не меньше, чем самому искусителю.

— Я не запрашивал разрешение Совета на… — выпалил разгоряченный ректор и добавил: — Да они и не разрешили бы… с тобой. Но ведь ты, я так понял, не против?

Я остановилась. Вспомнила наши с ним разговоры, свои наблюдения и округлила глаза. Он мне что, намекал на интимные платные отношения? То есть, если Совет одобряет любовницу муррана, то ей потом выплачивается гонорар? Ох, Вик… Зная здешние сюрреалистичные обычаи, я даже толком обидеться не могла.

— Я за! — выдохнула ему в губы, потому что… да потом будем думать, а сейчас не тот момент.

Был момент, когда мелькнуло даже не сожаление, а простая мысль о Димке, но тут же ее затмил образ фифы из ресторана, которая там, на Земле сейчас вовсю по нескольку раз за ночь занимала мое место. Что я поняла? Что в этот самый момент, когда остатки одежд оказались на полу, а острые клыки Вика прикусили на моей шее кожу в том местечке, где жилка, мурашки и прочие приятности, я полностью отпустила свою прошлую жизнь и впервые сделала глубокий и свободный от условностей вдох новой. Правда, вдох получился судорожный, порывистый, а звук, который при этом вырвался, очень напоминал стон.

И да, так хорошо мне еще не было никогда. Можно, конечно, списать на магию, мистику, чудеса какие-то, но я-то знала — любовь это, самая обычно-необычная лю-бовь!

Страсть страстью, но отличительные особенности нашего внезапного соития были, и новый опыт несколько отличался от, пусть небольшого, но уже ранее приобретенного мною.

Во-первых, мой дар. Он совсем не мешал, а даже помогал в таком трудоемком процессе, поскольку я отлично понимала, куда нужно посильнее нажать, где поцеловать и как погладить. Удивительный факт, в повседневной жизни я слабо видела ауру Уоррвика. Видимо, гены оракулов в нем не дремали, и он ловко научился скрывать свои эмоции. Но сейчас кот раскрылся, и моменты, когда ему становилось особенно приятно, его биополе вспыхивало ничем незамутненным золотом в радужном сиянии всей гаммы чувств.

Во-вторых, его утробное мурчание, низкие вибрации, которые доводили меня до неистовства. Конечно, слова тоже имеют значение, скажете вы. И будете правы. Слова действительно важны и нужны каждой женщине, вот только жизнь отучила мурранских воинов от них. Даже красноречивый лорд Васс был на них скуп, но вполне обучаем. На первый раз и мурлыкание весьма красноречиво, а потом придется наставить на путь истинный.

В-третьих, уши. И да, трогать кисточки на этих потрясающих, великолепных, чувствительных к моим ласкам ушах это отдельный вид удовольствия.

И, разумеется, хвост, как пятая, но совсем не лишняя конечность. Я чувствовала каждое прикосновение это бархатной части Вика. Таяла от любого касания и ни за что не хотела прекращать то волшебство, что творилось между нами этой ночью.

Ни о каких разговорах и речи не шло. Пожалуй, впервые в жизни после таких усиленных физических, духовных и ментальных тренировок ленилась даже говорить. Вик тоже молчал. Я лежала на его груди обессиленная и счастливая, слушала ровный стук мощного сердца и ощущала себя защищенной, нужной, целостной.