Книга Опальная принцесса во дворце, страница 126 – Мария Ирисова

— Радужный лес, — охнула я.

— Она не будет приманкой! — с нажимом повторил Добриэль.

— Вздумал отступиться! — взгляд старика совсем ключик сделался. — Так нельзя, Добриэль, и ты это знаешь! Она либо часть волшебного мира, а значит помогает и подчиняется нашим законам. Либо…

Чародей умолк и таким взглядом посмотрел, будто убить меня предложил.

— Она — человек! — рявкнул Добриэль. — И не обязана подчиняться!

— Не обязана! — усмехнулся дед.

И выражение это выглядело неприятно так, будто крыса зубы щерит, я невольно чуть теснее к Добриэлю прижалась.

— Мы не держим бесполезных человечков! Благотворительность тоже не про нас! Я сотру ей память вместе со всеми. Пусть возвращается в мир людей!

Что? Забыть все? Добриэля, Горяну… Бугасика… Это ж все равно что лишиться себя.

— Я буду помогать! — выкрикнула раньше, чем сообразила, что это просто подначка. И вцепилась в руку Добриэля! Он тоже моя семья! Не хочу ничего терять!

— Вот и хорошо, вопрос решили, — дед ухмыльнулся, как сытая гиена и поглядел на крестного с превосходством. — Остальным я стираю память!

— Что? — переспросила, мне показалось я ослышалась. — Но мы же… Как же… Сестры совсем ничего не вспомнят?

Сердце сдавило будто в тисках. Я уже понимала, каким будет ответ.

— Да, отберу все воспоминания о произошедшем. Ни одна живая душа не вспомнил, про нападение чародея. И подменю их другими…

Оглядываюсь на сестер.

Наше примирение! Они его забудут. Но так нечестно! Несправедливо!

Хотела дернуть Добриэля попросить его чтобы защитил наши воспоминания. Не успела проклятый туман застелил все вокруг, заметая следы произошедшего столкновения и безжалостно выдирая воспоминания.

Теперь нашего примирения больше нет… Я вспомнила теплые объятья замерзших и дрожащих сестер, их улыбки, их — решимость объединиться. И следом настигла мысль пусть для них примирения нет. Но я все помню! Может быть у нас еще будет шанс стать семьей.

Ухмылка тронула мои губы. Вот завалим чародея и обязательно помиримся. Теперь я знаю — мы семья, и ничто этого не изменит!