Книга Сделка с драконом. Мачеха поневоле, страница 54 – Дита Терми, Эя Фаль

Кайлэн смотрел на нас – на меня и на неё – и в его глазах не было льда. Только свет. Только тепло. Только то, что я боялась назвать своим именем, потому что если назову, то это станет настоящим.

Мы гуляли по замку, и он показывал мне свои тайные места – библиотеку, где хранились древние свитки с картами звёздного неба; смотровую площадку на самой высокой башне, откуда открывался вид на бескрайние ледяные просторы; комнату, где он хранил рисунки Айлин, с первого и до последнего, в аккуратной стопке, перевязанной серебряной лентой.

— Ты собирал их всё это время? – спросила я, перебирая детские каракули, в которых уже угадывалась рука будущего художника.

— Я не мог подойти к ней, – ответил он тихо, стоя у окна и глядя куда-то вдаль. – Не мог смотреть, как она растёт, потому что каждый день напоминал мне о том, что я могу её потерять. Но я не мог и не замечать. Поэтому я собирал. Прятал здесь. И приходил смотреть, когда никто не видел.

Я подошла и обняла его со спины, прижимаясь щекой к широкой спине.

— Ты не чудовище, Кайлэн, – прошептала я. – Ты просто очень напуганный дракон.

Он усмехнулся – тем самым хриплым, срывающимся смехом, который я полюбила больше всего на свете.

— Теперь я боюсь только одного, – сказал он, оборачиваясь и притягивая меня к себе.

— Чего?

— Потерять тебя.

Я подняла голову и посмотрела в его синие, глубокие, без единой льдинки глаза.

— Никуда я не денусь, – пообещала я. – Я здесь. С тобой. Навсегда.

Я верила в это. Правда верила. Потому что магическая печать на контракте горела золотом, потому что мы прошли через столько испытаний, потому что я думала, что это – финал. Хэппи-энд. Точка, после которой можно выдохнуть и жить.

Я забыла, что в хороших историях всегда есть последний поворот. Тот самый, которого не ждёшь…

Опасность нависала над нами, пока мы просто наслаждались жизнью.

Советник Торн не появлялся в замке после того, как Кайлэн вышвырнул его комиссию. Магическая печать была на месте, брак признан законным, все формальности соблюдены. Ему нечем было нам угрожать.

Мы ошибались.

Это случилось вечером, когда мы втроём сидели в малой гостиной – я, Кайлэн и Айлин. Девочка рисовала за маленьким столиком, высунув от усердия кончик языка, а я читала вслух старую северную сагу, которую нашла в библиотеке. Кайлэн сидел в кресле у камина, положив ногу на ногу, и смотрел на нас. Просто смотрел. Но в этом взгляде было столько тепла, что я чувствовала его кожей.

— ...и тогда дракон поднялся в небо, и пламя его было подобно солнцу, и лёд в его сердце растаял навеки, – прочитала я последнюю строчку и закрыла книгу.

— А у папы в сердце тоже растаял лёд? – спросила Айлин, поднимая голову.

Я посмотрела на Кайлэна. Он усмехнулся.

— Похоже на то, – сказал он.

Айлин просияла и снова уткнулась в свой рисунок.

В этот момент дверь в гостиную распахнулась. На пороге стоял Эдвард, старый дворецкий, и лицо его было белее мела.

— Милорд... миледи... – он запнулся, будто не верил в то, что собирался сказать. – Советник Торн... он... он пришёл. Один. И требует немедленной аудиенции. Он говорит, что принёс с собой... – голос дворецкого сорвался на шёпот, – Сердце Истины.

Кайлэн встал так резко, что кресло отлетело к стене. Его лицо окаменело, глаза вспыхнули синим.