Книга Мой герцог, я – не подарок!, страница 100 – Елена Княжина

Не дай бог, харпии понесут Галлею в Вандарф в такой мороз!

— Как обе? – торговка распахнула глаза, и герцог тоже изумился дерзости «скромной приютской воспитанницы».

Надеюсь, у племянниц Танни сохранились мантии с прошлого сезона. И девушки не замерзнут из-за генеральской щедрости и тетушкиной алчности…

— Галлея не успела купить теплый плащ, – шепотом призналась я Габриэлу, заранее воображая, как раскричится принцесса, когда узнает о непрошенной заботе. – Она все недельное содержание спустила на хельмов и подношения. И гордость никогда не позволит ей…

— Несите обе, – строго приказал герцог и призывно звякнул карманом.

Пение монет сделало свое дело: торговка забыла, что у нее есть любимые племянницы.

— Мне понадобится час, чтобы сбегать домой и укоротить подол.

— Мы подождем в чайной напротив, – отрывисто кивнул Габриэл и за локоть вытащил меня на улицу.

Толпа не расходилась и воинственно гудела. Но увидев, что наши руки пусты, а герцог все так же мерзнет в одном мундире, люди успокоились и пропустили нас в чайную. Пожалуй, для них это было шоком – узреть, что сам Габриэл Грейнский остался без зимнего комплекта.

Через минуту торговка закрыла ставни, повесила на дверь магический запирающий кристалл и ушла. И народ стал разбредаться.

Покрытые морозными узорами снаружи, изнутри окна чайной запотели. Столики окутало согревающими коконами – не магического, а животного происхождения. По деревянным подоконникам ползали черные шерстяные клубки, время от времени уединяясь за цветочными горшками для продолжения рода.

В чайной было тепло, но малолюдно: не всякий сатарец мог позволить себе перекус «У старой Нани». Даже Галлея экономила саты и никогда сюда не заходила.

— Порцию вандарфского черного и пряный сладкий пан для тэйры, – велел Габриэл пустоте за стойкой. Он снял с меня пальто и отбросил на свободный диванчик, заставив почувствовать себя голой и открытой всем ветрам.

Я осторожно присела у окна и спрятала руки под стол. Заряд браслета медленно истощался, но я никак не могла поторопить обстоятельства. В платье до академии живой не добегу, а торговка будет подшивать мантию целый час. Оставалось молиться на силы грумля и прятать красную печать от цепкого взора.

— Кхм-кхм… Вас так волнует размножение хельмов? – уточнил Габриэл, заметив, как я заглядываю за цветочный горшок.

Не самый приличный для приютской воспитанницы интерес. Хотя… вполне нормальный и здоровый. Вряд ли у них там есть общая биология.

— Я никогда не видела, как… – я порозовела под испытующим герцогским взглядом. – Галлея купила пару, но они пока друг другом не интересуются.

— Для размножения хельмам нужны подходящие условия, – герцог уселся напротив и теперь с любопытством изучал пунцовое лицо случайной спутницы. – Притереться друг к другу, узнать получше… Все как у людей, тэйра Эмма.

Я вскинула на него глаза, осыпав возмущенными искрами. Не припомню, чтобы варвар пытался получше узнать свою жену.

— Они выходят из спячки от предчувствия холодов, но размножаются лишь в тепле. Поэтому хельмы сначала инстинктивно согревают жилье… и только потом друг друга, – договорил Габриэл и уложил точеный подбородок на переплетенные пальцы.

Огоньки в окаймленных черными ресницами грайнитах не просто согревали – обжигали насмерть! От тела, стянутого мундиром, через весь стол тянулся запах летнего жара. Страсти, объятий, поцелуев… Этот кворг был не прочь устроить обогревательную процедуру прямо сейчас! И отчего-то считал, что простушка-нелла не устоит перед обаянием генерала.