Книга Суккуб для Проклятого, или Ты мое наказание, страница 72 – Ксения Винтер

— Идём ко мне в комнату.

Я покорно проследовала за Дэйком на второй этаж, где, по соседству с моей спальней, располагалась его собственная.

— Вот, взгляни на это.

Дэйк взял с прикроватной тумбочки мою записную книжку — ту самую, которая превратилась в магический гримуар, — и вручил мне.

— Как ты вернул ему первоначальный вид? — удивилась я.

— Поверь, это не было моей первоначальной целью. Я просто отнёс книгу языковеду, специализирующемуся на редких и мёртвых языках. Однако стоило ему взять книгу в руки, как та снова стала обычной записной книжкой. Более того, сделать её вновь гримуаром с помощью той руны, которую ты начертила, не смог ни я, ни он.

А вот это было, мягко говоря, странно.

— Ты ведь видел, я не делала ничего необычного, просто нарисовала символ. Даже магию в него не вливала.

— Да, я видел, — кивнул Дэйк. — И это наводит меня на не очень хорошие мысли.

— Какие, например? — я не вполне понимала, к чему он клонит.

— Что ты каким-то образом связана с этой книгой.

— Хочешь сказать, что это я похитила детей и планировала провести какой-то непонятный ритуал? — моему возмущению не было предела.

— Нет. Но ты единственная из ныне живущих видела ту, другую книгу, которую использовали пятьсот лет назад. И вполне возможно, что книга видела тебя и запомнила.

Звучало, как полный бред. Что значит, книга видела меня?

С другой стороны, если она действительно прибыла к нам из другого мира… всякое может быть.

— И что ты предлагаешь?

— Попробуй вызвать её снова.

Дэйк подошёл к шкафу, на дверце которого на плечиках висела его рабочая униформа, вытащил из нагрудного кармана кителя шариковую ручку и протянул её мне.

Я спокойно взяла её, раскрыла записную книжку на первой попавшейся чистой странице и нарисовала тот самый символ.

И ничего. Прошла минута, другая, а эффект остался нулевым.

— В прошлый раз трансформация произошла после того, как листок с руной в руки взял ты, — припомнила я и протянула записную книжку Дэйку.

Едва его пальцы коснулись бумаги, её окутал уже знакомый нам золотистый свет, записная книжка начал увеличиваться в размерах, пока не превратилась в толстенный гримуар в кожаном переплёте.

— Заметь, из моих рук в твои, — заострила я внимание на этой детали. — Так что если книга кого-то и запомнила, то нас обоих.

На следующий день у Дэйка был выходной, так что мы с ним решили поставить следственный эксперимент: заставили всех обитателей «Дома огненных цветов» по очереди нарисовать ту странную руну с обложки магической книги.

Результат был крайне печальный: ни у кого листок не превратился в книгу. Неважно, передавали его девочки друг другу, мне или Дэйку, он всё равно оставался обычным тетрадным листом с карандашным рисунком.

Более того, если руну рисовал Дэйк и передавал листок мне, эффект был точно такой же — книга не появлялась. А вот стоило начертить руну мне и передать предмет с её изображением Дэйку (причём неважно, из рук в руки, или сначала положив на стол), как сразу же появлялась книга. И неважно, где была нарисована руна: на тетрадном листе, маркером на чашке или прямо на столе — любой предмет с её изображение превращался в книгу, стоило только к нему прикоснуться Дэйку.

— Нам нужно понять, почему именно мы можем призвать эту треклятую книгу, — заявил Дэйк после многочисленных экспериментов.