Книга Развод с драконом-тираном. Хозяйка проклятого поместья, страница 36 – Диана Фурсова

Тим сглотнул. Его взгляд метнулся к Вере, к Дорну, к Лису — и к тёмному проёму кабинета.

— Леди… — прошептал он наконец. — Леди Селестина.

Вера не моргнула.

— Что она велела? — спросила она.

Тим затрясся сильнее.

— Сказала… — он с трудом выдавливал слова. — Сказала, что ты… опасная. Что если ты выживешь, герцог… герцог начнёт сомневаться. Что ты… “держишь его”. И что тебя надо… — он замолчал, потому что горло сжало.

— Договаривай, — сказала Вера ровно.

Тим зажмурился.

— …убрать, — выдохнул он. — Чтобы ты исчезла.

Дорн сжал рукоять меча так, что побелели пальцы.

— Это государственное преступление, — сказал он глухо.

Тим распахнул глаза, и в них был уже не расчёт, а паника.

— Ты не понимаешь! — он сорвался на шёпот. — Тебя сюда отправили не наказать… а чтобы ты исчезла навсегда.

Эти слова ударили Веру в грудь так, будто кто-то ударил кулаком.

И на секунду — на одну проклятую секунду — ей захотелось закрыть глаза и упасть. Потому что это объясняло слишком многое.

Она не упала.

Она вдохнула, медленно. И сказала:

— Спасибо.

Тим моргнул.

— Что?

— Спасибо, что сказал правду, — повторила Вера. — Теперь у меня есть цель.

Дорн шагнул ближе.

— Мы отправим его к герцогу, — сказал он.

Тим дёрнулся.

— Нет! — выдохнул он. — Он… он сделает вид, что не знает! Он должен быть холодным! Иначе Совет…

Вера резко подняла взгляд.

— Он должен быть холодным, — повторила она тихо.

И вдруг поняла: да. Рэйгар не просто “не объяснил”. Он был связан. И если он покажет открыто, что защищает её, — её добьют быстрее.

Это не делало боль меньше.

Но делало картину яснее.

— Лис, — сказала Вера, не отводя взгляда от Тима. — Верёвку.

Лис бросился, как будто рад был хоть что-то делать руками, а не дрожать. Вернулся с верёвкой.

— Дорн, — продолжила Вера. — Связать. Запереть внизу. Не в западном крыле. Под охраной.

Дорн кивнул.

— Будет сделано.

Тим попытался отступить, но дом будто сам поставил ему подножку: где-то у его ног скрипнула доска, и он споткнулся. Дорн схватил его, скрутил быстро, профессионально.

Тим застонал.

— Вы… вы не понимаете… — прошептал он, когда его тащили. — Она сказала… что это только начало… что будет огонь…

Вера резко обернулась к Мартe, которая стояла в коридоре с лицом, белым от ярости.

— Марта! — резко. — Воду. Ведра. Всё. И никого к печи не подпускать.

Марта кивнула, и в её глазах уже не было страха — только злость.

— Пусть попробуют, — прошипела она. — Пусть только попробуют.

Вера посмотрела на потолок, на стены, которые слушали.

— Огонь, значит, — сказала она тихо дому. — Хорошо. Посмотрим, кому он достанется.

Ночью пришёл Эган.

Не к дому — к воротам, как обещал. В тумане его силуэт казался частью мёртвых полей: человек, который идёт туда, где боится, ради выгоды.

Лис и Дорн встретили его у ворот. Вера вышла тоже — в плаще, с фонарём. Дорн пытался запретить, но Вера лишь посмотрела на него так, что он замолчал.

Эган протянул бочонок.

— Спирт, — сказал он коротко. — И ткань. И воск. По мелочи. Остальное — потом.

— Отлично, — сказала Вера. — Завтра деревня узнает, что Чернокамень платит.

Эган не улыбнулся.

— Я уже сказал, — буркнул он. — Некоторые посмеялись. Некоторые… задумались.

Вера кивнула.

— Этого достаточно.

Когда она повернулась к дому, она увидела у ворот ещё одну повозку.