Книга Истинная троих. Таверна для попаданки, страница 102 – Хелен Гуда

Внезапно я услышала шаги на деревянной лестнице. Не тяжелые, уверенные шаги стражи, а несколько разных поступей, которые заставил моё сердце сжаться даже будучи в полузабытье. Это были шаги, который я слышала в своих последних сознательных мгновениях рядом с камнем.

Дверь открылась, и в комнату вошли они. Все три.

Первым был Роберт. Он выглядел не солдатом цитадели, а человеком, который много работает под солнцем. Его лицо было более загорелым, одежда простой и практичной — холщовая рубашка, темные штаны. В его руках был деревянный поднос с едой — теплый хлеб, вареные яйца, чашка с мятным чаем. Его глаза, когда он увидел меня сидящей, расширились, и в них вспыхнула такая чистая, незамутненная радость, что у меня перехватило дыхание.

За ним шагнул Эрнан. Он был… другим. Не изможденным и напряженным, а спокойным. Усталым, но спокойным. Его волосы были немного длиннее, свободно спадали на плечи, и на его лице не было следов той внутренней боли, которая прежде его изводила. Он молча смотрел на меня, и в его взгляде была глубокая, почти невыносимая для меня благодарность.

Последним в комнату шагнул Рауль. Он остановился у двери, и всё пространство между нами сразу заполнилось той теплотой и поддержкой, что была между нами во время обряда. Он не выглядел принцем. Он выглядел как человек, который долго был в тени, но теперь нашел свое место. Его одежда была темной и простой, как у Роберта, но в его глазах была та же ярость, тот же огонь, только теперь направленный не против мира, а для его защиты. И для моей.

— Ясина, — сказал Роберт, его голос был мягким, как никогда прежде. — Ты проснулась.

Я не могла говорить. Я только смотрела на них, пытаясь собрать в голове куски воспоминаний. Камень. Взрыв. Белый свет. Затем — ничего. И вот теперь — эта комната. Таверна. Таверна Гастона. Но она выглядела… живой, но какой-то другой, словно я спала очень долго. Непозволительно долго.

— Где… мы? — мой голос был слабым и хриплым, как будто я не использовала его годами.

Рауль сделал шаг вперед, и его пальцы, твердые и теплые, взяли мою руку. Он не сжимал ее, просто держал, как подтверждение реальности.

— Мы дома, — сказал он, и слово «дом» звучало в его голосе как обещание и как правда. — В таверне Гастона.

Я медленно переводила взгляд между ними.

— Сколько времени? — спросила я, и страх начал подниматься внутри меня, холодный и ясный.

Эрнан подошел ближе и сел на край кровати. Он взял чашку чая из рук Роберта и протянул ее мне.

— Три года, Ясина, — сказал он тихо. — Три года ты была… не с нами. Ты была здесь, но не здесь. В состоянии, похожем на глубокий сон. Королева разрешила нам увезти тебя. Сказала, что цитадель — не место для выздоровления после такого. Мы привезли тебя здесь… уже несколько дней назад. А сегодня ты открыла глаза.

Три года. Целые три года моя жизнь была пустым пространством. Я ощутила приступ паники, но их присутствие, их спокойные лица держали ее в узде.

— Совет… — я начала, и это слово вызвало в памяти образы открытых ртов людей, криков, попыток остановить нас, искаженных лиц от боли.

Рауль ответил, его голос был твердым и без эмоций.

— Совет погиб. Все, кто был в зале во время обряда. Камень… сработал непредвиденно. Когда ты потеряла сознание, произошел энергетический коллапс. Он не разрушил камень, но уничтожил все вокруг него в радиусе нескольких метров. Архивариус, наблюдатели, стражи… все, кто пытался вмешаться. Мы были вне зоны поражения. Камень защитил нас, но уничтожил их.