Книга Измена. Моя (не) покорная, страница 10 – Дима Льевич

Обильно забрасываю щетку обрывками туалетной бумаги, натянуто улыбаюсь, скорее скалюсь, себе в зеркало и переодеваюсь в свежее белье. Натягиваю на себя здоровенный банный халат, на несколько размеров больше, чтоб в нем хорошо было спрятаться, и безжизненно бреду в зал. Включаю ящик и тупо щелкаю каналы, не задерживаясь ни на одном дольше пары секунд.

Уже по второму, если не по третьему, кругу начинаю листать, когда слышу щелчок в замке входной двери. И из прихожей на меня выглядывает… не то чтобы довольная, но все же улыбчивая, теперь ненавистная мною рожа Кости.

— Милая, я дома! — щебечет он, подходит и достает из-за спины букет каких-то пёстрых цветов; мне даже не интересно на них взглянуть. — А это тебе! Забежал вот по дороге после работы. Любимые для самой любимой.

— Ага, спасибо. Поставь где-нибудь, — так же безжизненно, как и сама с собой говорила, отвечаю я.

— Так, ладно.

Он кладет букет на стол, на секунду заглянув в кухню, и подходит ко мне со спины. Опирается локтями на спинку дивана и пытается пробраться губами между еще волосами, которые я сушить совсем не собиралась, и пышным воротом халата. Но безуспешно. Я жмусь головой в плечи, неотрывно глядя в экран телевизора пустыми глазами.

— Я пришел за своим сюрпризом. Он здесь? — Он снова пытается добраться до моей шеи.

— Нет сюрприза. Я нехорошо себя чувствую. Извини, — зачем-то добавляю.

— Нехорошо? Малышка моя, что-то случилось? Что с тобой?

— «Эти» дни у меня! Не понимаешь, что ли? Отстань! — рычу я, не ожидав такой реакции от самой себя. Но мне вдруг становятся так противны его прикосновения и ласки. Эти губы, которыми он слюнявил морду той расфуфыренной блонде; руки… Фу! Как представлю, что он ее лапал, а теперь пристает ко мне, так хочется залепить ему пощечину со всего размаху!

— Вот как. Понял. То тебя лучше не трогать? — спрашивает он и обходит диван. Становится рядом. Ждет несколько секунд, чешет затылок и опускает пятую точку около меня. — А у меня тоже дела не очень. Хочешь, расскажу? Мне сегодня прямо под офисом колеса какие-то уроды порезали, — так и не дождавшись моего согласия, треплет Костя.

— Да ты что? — делаю нарочито удивленный голос и лицо. — И прямо под офисом?

— Прикинь! Не знаю, что сделаю с ними, когда найду… А я найду! Твари!

Ого… Настроен он серьезно. Ну, удачи тебе, женишок! — мысленно злорадствую и еще больше проникаюсь ненавистью к этому лживому… человеку. Около офиса, значит. Ага, как бы не так! Он даже в этом не может правды сказать. Сколько ж он мне врал до этого? Наверняка кругом одни сказки рассказывал, а я, наивная дура, слепо верила каждому его слову. Какая же я глупая!

— А чем ты им насолил, что они так? — пытаюсь спровоцировать его и вывести на… не знаю, может, чтобы он как-то сам спалился, где был и с кем. Но в глаза стараюсь не смотреть, хотя очень хочется увидеть, что в них сейчас происходит. Боюсь увидеть все те же эмоции, какие и обычно, которые сразу подтвердят, что врал он всегда, а я не замечала изменений. — Просто так ведь не делают такого.

— Да откуда мне знать, — всплескивает он руками. — Я никому ничего плохого не делал.

— Ну да, ты просто ангелочек, — иронизирую я.

— Да что с тобой такое? Ты на меня злишься, что ли? Да что за день сегодня такой…