Книга Топоры гномов IV. Пылающий север, страница 24 – Вячеслав Ипатов

Ветер и огонь. Идеальное сочетание. Рунные маги создали пламя. Дриады и эльфийские чародеи вдохнули в него жизнь. А затем огненная стихия обрушилась на пятачок земли, зажатый между стен. Крики боли оборвались очень скоро.

Когда огонь погас, из всех существ, что штурмовали стены, в живых остались лишь гидры, сфено, да несколько прибившихся к самому потолку гарпий. Иные не выдержали буйства стихии. Выжившие зверолюди выглядели жалко. Обугленные перья, ожоги, слезающая кожа, в некоторых местах обнажающая кости. Однако, несмотря на страшные раны, враги вовсе не думали сдаваться или отступать. Нет, на самом деле они были в бешенстве, слепой ярости, безумии. Можно было подобрать множество эпитетов, но главным было одно. Гидры поднялись на ноги, гидры бросились на стены.

Длинные шеи вытянулись, пасти опустились сверху на эльфов и гномов, столь маленьких в сравнении с противниками. Прозвучали и тут же смолкли несколько вскриков — на узких стенах почти невозможно было увернуться от выпадов врагов. Тяжело содрогнулись ворота — по ним пробежали глубокие трещины от столкновения с самым громадным из монстров. Самые благоразумные защитники спрыгивали со стен, презрев опасность сломать конечности — воины второго и третьего ранга помешать гидрам все равно были не способны.

Эльсиэль беспомощно заламывала руки. У нее почти не осталось маны, при этом помочь тем, кто был атакован гидрами, нимфа все равно не могла — их укусы почти всегда оказывались смертельными. Иные чародеи защитников к тому моменту переживали откат и были полностью беспомощны. Только рунные маги что-то судорожно чертили на камнях, однако магия подгорного народа была слишком медлительной, слишком. Сфено успели ударить раньше.

Белесая, мерзкая волна обрушилась на башни, словно густая пена перевалила через каменную кромку. Эльсиэль, повинуясь внезапно проявившимся инстинктам, бросилась на пол и тут же почувствовала, как сверху ее накрыло чье-то тело. Что-то страшное, чужое, подкралось совсем близко, нервы зашлись от безумного страха. Обожгло руку. А затем наваждение отступило.

Прошла секунда, другая. С тяжелым стоном тело, накрывшее нимфу, откатилось в сторону. Эльсиэль тут же поднялась на колени и увидела своего защитника — это был тот самый эльфийский маг, что уже спасал ее, Сиродил. Прежде сильный, решительный, сейчас он был невероятно бледен, тяжело дышал. На его конечностях виднелись странные ожоги, больше похожие на гематомы.

«У меня ведь осталась мана» — мгновение спустя осознала нимфа и тут же применила исцеляющие чары на раненом. Эффект оказался мгновенным — заклинание вернуло краски лицу эльфа.

— Помоги подняться, — хрипло попросил маг.

Сиродил был очень слаб, а потому у девушки едва хватило сил, чтобы дотащить его до края башни. Попутно она бросила взгляд по сторонам и с облегчением поняла, что пусть вражеские чары ударили по всем магам без исключения, убитых среди них не оказалось. Кто сам, а кто с чужой помощью, все они поднимались на ноги с твердым намерением отомстить своим врагам.

— Приоритетная цель — сфено. Убейте их, — коротко скомандовала дриада.

Вызванный ей вихрь листвы словно бур вонзился в одну из медуз, разорвав ту на части. Следом за этим поднялся ветер, а с потолка ударил разряд молнии. Две сфено внезапно обнаружили себя меж поднимающихся каменных плит, что через мгновение сомкнулись над их головами, заживо похоронив в кладке стены. Заклинания летели со всех трех башен, а потому у вражеских чародеев не было и шанса уцелеть. Однако они были не единственными врагами на этом поле боя.