Книга Топоры гномов IV. Пылающий север, страница 70 – Вячеслав Ипатов

— Можешь быть свободен, — приказал архигерцог, и шпион поспешил удалиться.

Спустя несколько секунд взгляд Гламоргана вновь уперся в князя.

— Понимаешь, Назгарон? Тебе также был придан аморф, и как ты его использовал? Выведал ложную информацию о враге и ничего больше. Ты имел превосходный инструмент, но не смог им воспользоваться. По этой причине и проиграл. Если хочешь возвыситься, научись думать, иначе твоим местом останется роль послушного, не имеющего права голоса исполнителя. Ты понял?

— Да, владыка, — ответил князь.

В душе Назгарона была целая буря чувств. Гнев, досада на себя, радость от бед врага. И ему действительно стоило во всем разобраться. Желательно в спокойной обстановке.

…

Пепельный замок.

В то время как демоны обустраивали лагерь и готовились к штурму города, его защитники обсуждали меры, которые следует предпринять для отражения атаки. На совещание они собрались в сердце Мерана, в одной из комнат Пепельного замка. Названного в честь тех сожженных заживо солдат, что первыми пришли в данный край, но не смогли дождаться подмоги. Тела их развеялись по ветру, имена уже никто не помнил, однако подвиг до сих пор хранился в памяти жителей города. А в нынешнее время о них и вовсе вспоминали часто. Главным образом из-за опасения разделить схожую судьбу.

Сам замок являлся скорее ратушей. Не предназначен он был противостоять штурму. Предполагалось, что, если враг прорвется за стены, его уже не удастся остановить. А потому и здание строили больше заботясь об удобстве, чем обороне. В нем были широкие коридоры, большие окна, удобные для жизни комнаты. Обстановка также являлась богатой. Меран до войны процветал, и потому администрация города и расположившиеся здесь торговые гильдии могли позволить себе комфорт. Сейчас, однако, на совещание собралось удивительно мало местных жителей. Половина собравшихся оказалась пришлыми. Прибывшими из метрополии.

Во главе стола сидел гном — Кронир Осторожный. Тан, рунный маг, военачальник. Сосланный в Дикие земли за то, что отступил без приказа командования, при появлении превосходящих сил врага. По мнению Кронира, он совершил полностью оправданный поступок, так как сдержать орду из сотен тысяч орков силами двух тысяч гномов был не способен. Однако у командования имелся иной взгляд на вещи. И оно назначило именно Кронира виновным во всех бедах, учиненных ордой. Свое прозвище он также получил как издевательское напоминание о бесчестном поступке.

Справа от гнома расположился человек-имперец. Генерал Сельтегор Кервинский. Этот «отличился» в битве при Даргоное. Когда подчиненный ему шестой легион дал слабину и бросился в бегство под натиском нежити. Лишь чудом то сражение не окончилось поражением Империи. И такое же чудо спасло Сельтегора от топора палача.

Оба генерала прибыли в Меран вместе с подчиненными им войсками. А вот Нерниленен дер Сельгвин, эльф, сидевший слева от Кронира, руководил сборной солянкой из двух тысяч солдат, отобранных со всего Вечного леса. Он не рассказывал за какие грехи был направлен в Дикие земли, но скорее всего это стало результатом неудачных интриг.

Надо ли говорить, что такой послужной список генералов не внушал доверия хозяевам Мерана? А необходимость подчиняться чужакам, которые вместо достойной помощи привели лишь жалкие шесть тысяч солдат, и вовсе приводила их в бешенство. Отчего обстановка в комнате была крайне накаленной.