Книга Внук бабушкиной подруги, или Заговор на любовь, страница 46 – Лена Харт

И тут...

Под столом его рука находит моё колено. Лёгкое, почти невесомое прикосновение сквозь ткань джинсов. Вздрагиваю всем телом, как от удара током. В сценарии такого не было. Жар от его пальцев мгновенно распространяется по ноге, поднимается выше, гонит кровь к щекам. Теперь мне даже не нужно играть смущение. Моё лицо пылает настоящим, а не наигранным румянцем.

Резко вскидываю на него глаза. Этот гад смотрит на меня с наглым, самодовольным видом, в его взгляде пляшут черти. Он видит, какой эффект произвело его действие, и наслаждается этим. Ах ты, провокатор!

— Всё в порядке, милая? — спрашивает он нарочито громко, чтобы слышали бабушки. — Ты вся покраснела.

— Всё… всё отлично, — выдавливаю из себя и с силой наступаю ему под столом на ногу.

Он чуть морщится, но самодовольной кривой ухмылочки с лица не убирает. На прощание его пальцы сжимают моё колено чуть крепче, посылая по телу новую волну предательского тепла.

После завтрака, который превратился для меня в настоящее испытание на выдержку, Элеонора Карловна, лучась от счастья, предлагает нам насладиться чудесной погодой у бассейна. Разумеется, мы не можем отказать. Идеальная декорация для второго акта нашего представления.

Переодеваюсь в свой единственный и неповторимый купальник и выхожу к бассейну, кутаясь в огромное полотенце, как в защитный кокон. Егор уже там. Он стоит у кромки воды в одних шортах, и солнце играет на каплях воды на его плечах и спине.

На террасе в плетёных креслах уже устроились наши главные зрительницы с бокалами холодного чая. Они делают вид, что читают журналы, но я готова поспорить, что у них припрятан где-то театральный бинокль.

— Иди сюда, — манит меня Егор из воды. — Вода чудесная.

— Я помню, — бросаю в ответ, скидывая полотенце.

Заставляю себя уверенно подойти к бассейну. Его взгляд скользит по моей фигуре, но в этот раз в нём нет того первоначального удивления, как в первый раз. Появилось иное. Оценивающее, но уже не как незнакомку, а как… свою? От этой мысли становится не по себе.

Спускаюсь в прохладную воду, и она приятно остужает разгорячённую кожу. Егор подплывает ближе.

— У нас зрители, Полякова, — шепчет он, когда его лицо оказывается в нескольких сантиметрах от моего. — Надо поддерживать градус романтики. Как насчёт урока плавания для особо одарённых?

— Я тебя утоплю, Завьялов, — шиплю в ответ, но послушно поворачиваюсь к нему спиной.

Его руки ложатся мне на талию, и я замираю. Его ладони обжигают даже сквозь прохладу воды.

— Расслабься, — шепчет он мне на ухо, и от его горячего дыхания кожу на шее покалывает. — Доверься мне. Я же твой герой.

Завьялов начинает показывать мне какие-то нелепые упражнения, но я совершенно не могу сосредоточиться. Всё моё внимание приковано к его рукам на моём теле, к его груди, которая касается моей спины при каждом движении, к его тихому голосу у самого уха. Мы играем спектакль, но моё тело, кажется, забыло прочитать сценарий и реагирует на всё по-настоящему.

В какой-то момент я не выдерживаю. Разворачиваюсь и со смехом брызгаю ему в лицо водой.

— Ах ты ж, русалка недоделанная! — рычит он, щурясь.

Начинается водяная битва. Мы гоняемся друг за другом, смеёмся и дурачимся, как дети. Я напрочь забываю про бабушек на террасе, про наш коварный план, про всё на свете. Остаётся только солнце, вода и он, смеющийся так искренне, как я никогда раньше не видела.