Книга Между "да" и "может быть". Искушение на девичнике, страница 82 – Екатерина Крутова

— Поглядим, — усмехнулся Фаркас. — Меня еще никто не ел. Пытался давить и давился от неудачи — это да.

Слава молча поднялся, протянул руку и пожал ладонь Дмитрия:

— Дерзай. Но если проебешься, я тебя лично модернизирую, вкрутив в задницу глушитель.

— Договорились.

Дмитрий покинул «Станцию» с чувством гладиатора, выходящего на последний, смертельный бой.

* * *

В этот раз кабинет Татляна казался боксерским рингом. Возможно, вызови Фаркас Спартака на прямую схватку, успех оказался бы на стороне молодого тренированного тела, но в их деле решали иные силы.

Когда посетитель вошел, Спартак Ваганович даже не поднял глаз от бумаг, которые изучал, сидя за своим «бильярдным», столом. Татлян мариновал гостя специально, держал паузу, провоцируя на первый необдуманный шаг. Но секретарь уже представила Дмитрия и, не получив иного ответа на приветствие кроме кивка, мужчина сперва остановился посреди кабинета, а после, поняв, что его опять проверяют на прочность, подошел к карте города, разглядывая границы Приморского кластера.

Спартак за спиной одобрительно хмыкнул:

— Ну что, Митрий Юрич, обсудил со своими? — наконец произнес бизнесмен, откладывая документы. — Готовы подписать?

— Нет, — коротко бросил Дмитрий не оборачиваясь. — Верно понимаю, что ваш интерес не ограничивается нашей дырой?

Татлян медленно поднялся и встал рядом. Глядящие снизу вверх маленькие, хищные глазки сузились. Дмитрий вновь ощутил иллюзорность своего преимущества в росте — Спартак давил авторитетом, размером личности и уверенностью, выработанной годами жестких решений и тяжело заслуженного успеха.

— С чего мне перед тобой отчитываться? — недобро усмехнулся бизнесмен.

— С того, что мы хотим равное партнерство — пятьдесят на пятьдесят. От вас — деньги и связи. От нас — идея, команда и воплощение, плюс поддержка района. Мои парни там свои, они выросли на этих разбитках и пустырях. Когда мэрия придет сносить и расселять — сарафанное радио сможет превратить Татляна в благодетеля, думающего не только о выгоде. Вам же нужны не просто деньги, иначе не предложили бы сохранить «Станцию». Вы создаете наследие. Скажете не прав?

В кабинете повисла гробовая тишина. Казалось, даже воздух застыл. Татлян не мигая смотрел на Фаркаса так, будто видел насквозь все его страхи, амбиции и дурацкую, мальчишескую веру в честные правила и лучшее в людях. И вдруг Спартак рассмеялся. Короткий, хриплый, похожий на лай, звук, должно быть, вызывал мурашки ужаса у врагов, но Дмитрий только удивленно выгнул бровь, ожидая пояснения.

— Равное партнерство со мной? Ишь чего удумал, пацан! — Спартак покачал головой с почти отеческим удивлением.

— Вам нужен не просто очередной бизнес, Спартак Ваганович, — Дмитрий не отвел взгляда, хотя чувствовал, как ладони становятся влажными. Его голос звучал уверенно и по-деловому хватко — годы работы в крупной корпорации не прошли даром. Но в глубине души Фаркас знал: у этой авантюры шанс выгореть крайне мал. Зато велик риск прогореть, не получив и предложенных сорока девяти процентов.

— Вам нужен живой, дышащий проект со своей душой. А душа не может принадлежать на пятьдесят один процент. Она либо есть, либо нет. Мы — душа «Станции». Без нас останется куча железа и земля, а с нами — легенда.