Онлайн книга «Номер люкс: тайны включены в стоимость»
|
Но я уже практически собрала волю в кулак. — Ничего не видели, ничего не слышали, ничего не знаем. И баста! Незаметно подходит вечер. Сегодня выезжают девочки-близняшки. Отец приносит ключи. Мне в глаза он не смотрит, женщина быстро преодолевает расстояние от дверей лифта до входных. Девочки подходят к стойке, улыбаются, одновременно прикладывают правую руку к губам, потом к сердцу. Я невольно повторяю этот жест. Удачи вам. У дверей они еще раз вскидывают руки в прощальном жесте. Пока. Приезжает Квася. Но сегодня мне не хочется ее видеть. Это уже какое-то совместное проживание, а не дружба. Она вяло тащится в бар. Попить пивка. Вот и славно. Мы с Марьей крутимся, как заводные. Насчет мрачного прогноза моя портьешка молчит. И за это спасибо. Только неприятностей мне сегодня не хватало. Поднимаю глаза и вижу Зойку. Она беспомощно озирается. Билла нигде нет. Только не это! Еще одной дамской трагедии я уже больше не переживу. Она тоже исчезает в баре. Может быть, Квася сможет ее утешить? Надеюсь, это так. Отчеты, бумаги, пустографы. Сколько же километров писанины я начертала за четыре года? А сколько таблиц эксель, будь они неладны? Бесконечное множество точек, запятых и т.д. и т.п. Охрана с надменным видом проверяет карты гостей на входе. Порядок важнее всего. С совершенно безумными глазами забегает Квас. Он не может сказать ни слова, только хватает открытым ртом воздух и показывает жестами: «Где она?» Указываю направление. Марья поднимает брови. Когда все это кончится? Сколько будут семейные истории будоражить тихую гавань? Гавань не хочет утихомириваться. Кто-то в бассейне поскользнулся и треснулся о мокрый кафель головой. Перевязка, скорая. В «Корейском» пропала оставленная на минуту без присмотра сумка гостьи. Хозяин обещает уволить весь персонал по списку. От начала и до конца. В сауне что-то заело, и те, кто желал попарить косточки, больше напоминают синих бройлеров. Плюс ко всему один из подвыпивших гостей нашего ресторана погнался за другим, высоко занеся над головой дорогой банкетный стул. Очень дорогой. Вслед им, совершая героические для своего роста прыжки в длину, бежит метрдотель. Стул со скрежетом опустился на спину преследуемого. — Е-мое! – завопил тот, резко затормозил и остервенело толкнул догонявшего. Слышится страшный хруст ломающегося дерева. Два мускулистых тела падают на обломки, обливаясь кровью. Над ними, высоко подобрав юбку, дабы не забрызгать ее всякими жидкостями, стоит разъяренной фурией метрдотель. Сказав сначала все плохие слова, которые она узнала, видимо, еще в детстве, подводит итог: — Мальчики! Быстро платите за стульчик! Не создавайте прецедента! — Чего?! – возмущается тот, что лежит справа. – Да его подкрутить, и порядок! Но метрдотель – дама опытная и беспощадная. Деньги содраны с особой жестокостью. Драчуны подняты, отряхнуты и даже умыты. Мне нравятся работники ресторана, которые с одинаковым вежливым выражением лица натирают фарфор и окровавленные лица бандитов. Квася, не обращая внимания на уборщицу, вяло водящую тряпкой по полу, делает мне непонятные знаки. Выхожу из-за стойки и замечаю перепуганного Кваса. Что еще там стряслось? Квас рассказывает, стуча зубами. Отекшая морда его бледна. По его словам, ехал он себе спокойненько. И не то, чтобы пьяный. Так, пивка выпил. Пару бутылок |