Книга Верить ли словам?, страница 18 – Юлия Крымова

Они с Артуром собирали диван сами. Я напутала при оформлении и, как оказалось, сборка не вошла в стоимость. Спасибо парни вызвались помочь.

— Уверена, так и будет! А если нет, я знаю, к кому обратиться, — отвечаю так же с широкой улыбкой, и ровно за секунду до того так дверь в кабинет открывается.

Щелчок замка не слышен на фоне всеобщего смеха, но я машинально поворачиваю голову, заметив в проеме внушительную фигуру. Широкий разворот плеч, черная футболка, что обтянула идеально слепленный торс.

Мне приходится крепче обхватить ножку бокала пальцами, когда взгляд встречается с улыбающимися глазами Марата Темирова. Он стоит на пороге моего кабинета и, игнорируя других присутствующих, смотрит точно на меня. Четко глаза в глаза, будто нас снимают для сцены какого-то фильма.

Последние несколько дней он с ребятами провел на сборах. Поэтому я осматриваю насколько гуще стала его щетина. А вот почему смотрит он?

Марат делает шаг, и я подскакиваю так резко, что на рубашку расплескивается пару капель шампанского. Вроде бы ничего критичного и почти никто не замечает. Но для меня это прямое доказательство неловкости, что бурлит внутри.

Я суечусь, пытаясь отыскать чистую тарелку, и замирю, когда Марат вручает мне глиняный горшок с безумно красивым цветком. Воздушным. Похожим на дикую орхидею с множеством белых соцветий. А еще так удачно скрывающим мою растерянность.

— Спасибо, очень красивый, — бормочу, уткнувшись носом в лепестки.

Мне приятен этот жест. Хотя, наверняка у них просто принято так приветствовать новеньких. И цветок, наверное, выбирала Алена.

Правда, стоить заметить, как Амина, что работает тут тренером по художественной гимнастике, косится на ни в чем неповинное растение и недовольно поджимает губы, мои предположения мигом рассыпаются.

Ей дарили попроще или не дарили вовсе?

— Ты чего так напряглась? — шепчет Алена, как только я снова опускаюсь рядом. — Выдыхай! Марат нормально относится к таким посиделкам. Он всегда с нами собирается.

Киваю и благодарно улыбаюсь. Если бы меня волновала только это.

Атмосфера за столом действительно почти никак не поменялась с появлением начальства. Все ведут себя, как и прежде, расслаблено. За исключением меня и Амины. И если я сижу, словно воды в рот набрала, то Амина, наоборот, оживляется. Она усаживает Марата рядом, что-то еле слышно щебечет и услужливо накладывает в его тарелку закуски и мясной пирог.

— Добро пожаловать, Диана! — говорит он, поднимаясь с места. В его руках стакан с напитком, на лице мягкая простодушная улыбка. Уже третья по счету, что предназначена лично для меня. — Чувствуй себя как дома.

— Спасибо! Именно так я себя и ощущаю, будто в кругу семьи.

Мы ударяемся бокалами, садимся на места, но играть в гляделки продолжаем. Ищем друг друга глазами, когда кто-то рассказывает очередную смешную историю. Отслеживаем реакции, наблюдаем.

Марат спокоен и расслаблен, съедает все, что дала Амина. Он переговаривается с парнями, беззлобно спорит о чем-то с Костей. А спустя минут тридцать желает всем хорошего вечера и уходит.

Наверное, можно выдохнуть и протолкнуть в себя что-то помимо газированной воды, но я вдруг испытываю противоречивые чувства. С одной стороны становится легче, что больше никто не смотрит на меня так пристально, а с другой… Я не знаю, как объяснить, что настроение у меня почему-то портится.